Из Изборника 1076 года – (Библиотека литературы Древней Руси)
 

ИЗ ИЗБОРНИКА 1076 ГОДА

Подготовка текста, перевод и комментарии В. В. Колесова

Текст:

Слово нѣкоего калугера о чь<тении> книгъ[1]

Слово некоего старца о чтении книг

 

Добро есть, братие, почетанье книжьное, паче вьсякому хрьстьяну, блаженеи бо, рече: «Испытаюштии съвѣдѣния Его вьсѣмь сьрдцьмь възиштють Его». Чьто бо, рече, «испытаюштеи съвѣдѣния Его»? — Егда чьтеши книгы, не тъштися бързо иштисти до другыя главизны, нъ поразумѣй, чьто глаголють книгы и словеса та, и тришьды обраштяяся о единой главизнѣ. Рече бо: «Въ сьрдьци моемь съкрыхъ словеса твоя, да не съгрѣшу тебѣ». Не рече «усты тъчью изглаголаахъ», нъ «и въ сьрдьци съкрыхъ, да не съгрѣшу тебѣ», и поразумѣвая убо истиньнѣ писания, правимъ есть ими. Реку же: «Узда коневи правитель есть и въздьржяние, правьдьнику же книгы я».

Полезно, братья, чтение книг каждому христианину, ибо сказал блаженный: «Хранящие откровения Его всем сердцем — взыщут Его». Что это — «хранящие откровение Его»? — Читая книги, не старайся быстро читать от главы до главы, но вдумайся, о чем говорят книги и слова их, трижды возвращаясь к каждой главе. Ибо сказано: «В сердце моем сокрыл Я слова твои, чтобы не согрешить пред тобою». Не сказано «устами лишь произнес», но — «в сердце сокрыл, чтобы не согрешить пред тобою», — подразумевая глубины написанного, направляемый ими. Скажу и я: «Узда и правит конем, и сдерживает его, сущность же праведного — в книгах его».

 

Не съставить бо ся корабль без гвоздий, ни правьдьникъ бес почитания книжьнааго, и якоже плѣньникомъ умъ стоить у родитель своихъ, тако и правьдьнику о почитаньи книжьнѣмь. Красота воину — оружие, и кораблю — вѣтрила, тако и правѣднику — почитание книжьное. «Отъкрый бо, — рече, — очи мои, да разумѣю чудеса отъ закона Твоего» — очи бо глаголеть размыслъ сьрдьчьный и прочее; «Не съкрый отъ мене заповѣдий твоихъ», — разумѣй, яко не отъ очию съкрый, нъ отъ разума и сьрдца. Тѣмьже и похули не поучаюштаяся, глаголя: «Прокляти уклоняюштеися отъ заповѣдий Твоихъ». Тѣмьже и самъ ся похвали, глаголя: «Коль сладъка словеса твоя, паче меда устомъ моимъ, паче тысяштя злата и сребра». И въспѣтъ, глаголя: «Въздрадуюся азъ о словесехъ твоихъ, яко обрѣтая користь мъногу» — користь бо нарече словеса Божия, глаголя, яко: «Обрѣтохъ недостоинъ сы такъ даръ, еже ми ся поучяти словесьмь твоимъ дьнь и ношть», — то мы, братия, поразумѣимъ и послушаимъ разумьными ушима и поразумѣимъ силу и поучение святыхъ книгъ.

Ни корабля без гвоздей не сделать, ни праведника — без чтения книг, и как у пленников на уме родители их, так у праведника — чтение книг. Воину красота — оружие, а кораблю — паруса, так и праведнику — чтение книг. «Открой, — сказал, — очи мои, — и постигну чудо закона твоего», — ибо очами он называет воображение внутреннее, и так далее; «Не сокрой от меня заповедей твоих», — так понимай, что не от глаз скрывай, но от разума и от сердца. Потому и осудил уклоняющихся от ученья, говоря: «Прокляты избегающие заповедей Твоих...» Потому и сам себя похвалил, говоря: «Как сладки слова твои, слаще меда устам моим, дороже тысяч золота и серебра». И восхвалил, говоря: «Возрадуюсь я о словах твоих, обретая великую прибыль», прибылью называя слово Божье и говоря: «Обрел, недостойный, я дар поучаться словам Твоим день и ночь», — так и мы, братия, постигаем ушами разума услышанное и познаем силу и смысл святых книг.

 

Послушай ты житья святааго Василия и святааго Иоанна Златоустааго, и святааго Кирила Философа, и инѣхъ многъ святыихъ, како ти съпьрва повѣдають о нихъ рекуште: измлада прилежааху святъхъ книгъ, тоже и на добрая дѣла подвигнушася. Вижь, како ти начятъкъ добрыимъ дѣломъ поучение святыихъ книгъ! Да тѣми, братия, и сими подвигнѣмъся на путь жития ихъ и на дѣла ихъ, и поучаимъся въину книжьныимъ словесьмъ, творяще волю ихъ, якоже велять, да и вѣчьныя жизни достоини будемъ въ вѣкы. Аминь.

Послушай же жития святого Василия и святого Иоанна Златоуста, и святого Кирилла Философа, и многих других святых, как о них говорят впервые о них поведавшие: с детства предавались они святым книгам, а после и на добрые дела подвиглись. Смотри же, что начало добрым делам в поучении книг святых! Так вот, примером этих святых и подвигнемся мы на путь жития их и на дела их, и станем всегда научаться их книжным словом, исполняя их волю, как велят они; тогда и будем достойны мы вечной жизни во веки. Аминь.

 

Слово нѣкоего отьця къ сыну своему, словеса душепользьная[2]

Слово некоего отца к сыну своему, слова душеполезные

 

Господи, благослови!

Господи, благослови!

 

Сыну мой и чадо, приклони ухо свое, послушай отьця своего, съвѣтуюштааго ти спасьная.

Сын мой и чадо, приклони ухо твое, внимая отцу своему, изрекающему тебе спасительное.

 

Чадо, приближи разумы сьрдьця своего и вънуши глаголы родивъшааго тя, не суть бо на врѣдъ души своей, нъ аште разумьнѣя и имеши я, то къ цьсарьству небесьному вождити будуть.

Чадо, приблизь разум сердца своего и внимай словам родившего тебя, ибо не во вред душе твоей, но ради укрепления разума. И к царству небесному поведут тебя.

 

Простьри сьрдчьныи съсудъ, да накаплють ти словеса слажьше меду, могуштая оживити и бесъмьртьна явити тя.

Отвори сосуд сердца, и пуст.ь стекают туда слова слаще меда, которые смогут и оживить, и бессмертным явить тебя.

 

Нъ отъ чесо пьрвое начьну казати тя, сыну мой, чьто ти пьрвѣе явлю: мятежь ли или зълобы свѣта сего — житие ли богоугодьно и спасьно?

Но с чего начну поученье мое, сын мой, что прежде всего явлю: метания и пороки света сего — или житие, богоугодное и спасительное?

 

Паче же бы нама лѣпоты мыслити, о чадо, отъ Адама, праотьца нашего, до сего нашего вѣка: колико множьство бысть чловѣкъ по земли, и вьси бес памяти бышя, едини же памятьни бышя, и прослушя на небеси и на земли, иже по заповѣдьмъ Божиямъ вься дьни своя пожиша и къ единому вышьнему възирааху; иже въ кротости пожиша и въ добрословьи уста своя учиниша; иже малъмь свѣта сего причящааху ся, вьсю же свою мысль, вьсе свое хотѣние въ бесъмрьтьное житие правляаху и о томъ единомь въздыхааху и моляаху бъшью Бога, яко достоиномъ его явити ся.

Лучше всего нам, чадо, продумать жизнь от Адама, праотца нашего, до этого нашего века: как много людей прошло по земле, и все забыты, лишь единицы в памяти, прославившиеся на небесах и на земле, те, которые по заповедям Божьим все дни свои прожили, взирая лишь на Всевышнего; некоторые прожили кротко, только добрым словом уста свои утруждая; некоторые мало света сего касались, всю свою мысль, все желанья направив к бессмертной жизни и о ней единой вздыхая, Бога моля достойньш Его явиться.

 

Тѣмь же, чядо мое, изволи си тѣхъ житие и тѣхъ норовы приими и порасудуй дѣломъ ихъ, възишти кыимь путьмь идошя и коею стьзею текоша.

Поэтому, чадо, предпочти тех житье и тех в образец возьми, и тех последуй делам, и вникни, каким путем шли они и какою стезею пустились.

 

<...>

<...>

 

Буди пониженъ главою, высокъ же умъмь, очи имѣя въ земли, умьнѣи же въ небеси; уста сътиштена, а сьрдчьная въину къ Богу въпиюшта.

Голову пониже держи, ум же — высоко, очи потупя к земле, духовное зрение — к небу; сомкнуты уста, уста же сердца всегда вопиют к Богу.

 

Нозѣ тихо ступаюшти, а умьнѣи скоро текушти къ вратомъ небесьныимъ; уши укланяя отъ зла слышания, умьнымъ же въину прилѣтая къ шюмѣнию святыихъ словесъ, яже въ святыихъ кънигахъ писана суть.

Тихо ногами ступая, мысленными стопами стремись к небесным вратам; уши закрывай для дурных речей, мысленным слухом звуки лови святых слов, что записаны в книгах святых.

 

Руцѣ съгъбенѣ имѣй на събьрание зълааго имѣния свѣта сего, простьртѣ же на приятие убогыихъ.

Ладони сожми на стяжанье греховных богатств сего света, но простри их на милость к убогим.

 

Не стыдися вьсякому съзъданому въ образъ Божии главы своя покланяти, старѣйшааго дьньми почьстити не лѣнися, и покоити старость его потъщися.

Не стыдись преклонить свою голову перед любым, кто создан по образу Божью, старшего годами почтить не ленись и упокоить старость его постарайся.

 

Съвьрстьникы своя миромъ сърѣтай, мьньшая себе съ любъвью приемли, честьнѣйшимь себе не трудися стояти.

Равных тебе с миром встречай, меньших тебя с любовью прими, стань перед тем, кто честью выше тебя.

 

Чядо, не буди самохотью лишенъ вѣчьнааго житья, грѣха бѣжи яко ратьника, губящаго душу твою.

Чадо, не лишай добровольно себя вечной жизни, как от врага, убегай от греха, душу твою губящего.

 

Не въсхошти веселоваться въ мирѣ семь, все бо веселие свѣта сего съ плачьмь коньчаваеться. И се явѣ видѣти въ мирѣ семь въ дъвоихъ сусѣдѣхъ: у сихъ сватьбу творять, а у другыихъ мрьтвьца плачються. И тъ же плачь суетьны: дньсь плачються, а утро упиваються.

Не стремись веселиться в мире сем, ибо все радости света сего плачем кончаются. И это ясно видно на двух соседях: у этих свадьбу гуляют, а у других мертвеца оплакивают. Да и сам этот плач так суетен: сегодня плачут, а завтра пируют.

 

Тѣмьже разумѣй суету вѣка сего и скоропадуюштюю плъть нашу: дньсь бо растемъ, а утро гниемъ.

Так что примечай суету века этого и преходящую плоть нашу: ибо сейчас расцветаем, а завтра вянем.

 

Тѣмьже въ малѣмъ животѣ възишти вѣчьныя жизни, идеже отъ сея жизни вѣсть ни скърби, ни въздыхания, ни плача, ни сѣтования, нъ радость и веселие, свѣтъ немьрцяя: слъньце — самь Господь.

Поэтому в краткой сей жизни и взыщи жизни вечной, у которой, в отличие от этой, нет ни скорби, ни воздыхания, ни плача, ни сетования, но радость и веселие, свет немеркнущий: солнце — сам Господь.

 

Ту жизнь възлюби, къ той по вься дьни тъштися и о той въину помышляй; буди ти съпяшту мысль възглавие помыслъ небесныя радости, въстаюштю же брашьно память царьства небеснааго.

Ту жизнь возлюби, к ней каждый день устремляйся, о той всегда помышляй; пусть тебе, спящему, будет в изголовии — мысль о небесной радости, а пищей встающему — память о царстве небесном.

 

Чядо, алчьнааго накърми, якоже ти самъ Господь повелѣлъ, жадьнааго напои, страньна въведи, больна присѣти, къ тьмьници доиди, виждь бѣду ихъ и въздъхни.

Чадо, голодного накорми, как тебе сам Господь повелел, жаждущего напои, путника приветь, больного посети, к темнице дойди, — взгляни на беду их и вздохни.

 

Буди ти въ скърбь твою прибѣжиште цьркы, паче же и кромѣ скърбии по вься часы и дьни въшьдъ, припади къ Вышьнюуму лицемь си землю покрый, и принуди его поминати тя, не уклонить бо ся тебе душелюбьць, чловѣколюбьць, но прииметь тя и утешить тя.

Пусть в скорбях твоих будет тебе спасение церковь, но и, кроме печалей, всякий день и час в церковь войдя, к Всевышнему припади, лицом покрывая землю, и попроси Его поминать тебя — и не уклонится от тебя душелюбец человеколюбивый, но примет тебя и утешит.

 

Църковь же разумѣвай небо суште, олтарь же прѣстолъ Вышьняаго, служителя же аггелы Божия. Тѣмьже въ цьркъви акы на небеси съ страхъмь стой, яко прѣдъ очима самого Бога; исходя же не забывай, чьто бѣ или чьто слыша.

Под церковью же разумей небо, под алтарем — престол Всевышнего, служители же — это ангелы Божии. Поэтому в церкви, как на небесах, со страхом стой, как пред очами самого Бога; выходя же не забывай, что было или что слышал.

 

Сътвори си въ чловѣцѣхъ кротъкыи, да небесьныи житель будеши;

Стань кротчайшим из людей — и будешь небесным жителем;

 

Скърби о грѣсѣхъ, въздыхай о съблазнѣхъ, печалуй и о падении своемъ да очистишися, да на исходѣ душьнѣмь обряштешися бес порока;

Скорби о грехах, воздыхай о соблазнах, печалься в паденьи своем — очистишься, и при исходе души окажешься ты беспорочным;

 

Съмьрть поминай въину, да та память научить тя паче вьсѣхъ, како бо жити въ малѣмь семь времени;

Помни о смерти всегда, и память такая научит тебя больше всех, как прожить в этом кратком времени;

 

Буди съмъсльнъ, разумѣй, чьто е воля Божия, чьто трѣбует небесьный царь отъ земльныихъ, чьто просить отъ своея твари немалыя ли и удобь творимыя милостыни? Писано бо есть: «Помилуй и да помилованъ будеши!»

Будь разумен и размышляй, что есть воля Божия, чего царь небесный требует от земных, что просит от твари своей — не малой ли и легко исполняемой милостыни? Ибо писано: «Помилуй — и будешь помилован!»

 

Чьто трѣбуеть отъ насъ Богъ, вьсего блага испълненъ? Хвалы ли? но хвалять Его ангелы; покланяния ли? но покланяються ему небесьныя силы.

Что требует Бог, преисполненный благ, от нас? Хвалы ли? — но хвалят его и ангелы; поклонения ли? — но поклоняются Ему и небесные силы.

 

Нъ то Того просить, еже намъ на пользю, на спасение: просить бо милостиня, желаеть кротости, любить миръ. Тѣмьже ты, чадо, Оного волю сътвори въ малѣ, и Онъ твою волю въ вѣкы: даруй малое — и възьми вѣчьное, дажь едино — възьми сторицею; присвоися Бозѣ, да врагомъ си видимыимъ вьсьмъ и невидимыимъ страшънъ будеши.

Он просит того, что на пользу нам, во спасение: просит милосердия, желает кротости, любит мир. Этим ты, чадо, волю его исполни хоть в малом, а он твою волю — на веки: мало даруй — и получишь вечное, дай одно — и возьми сторицею; предай себя Богу — и будешь страшен врагам своим, видимым и невидимым.

 

Въ влънахъ житийскахъ еси, въ бури ли морьскѣй бѣду приемлеши, показаю ти, сыну мои, истиньная пристанища: манастыря, домы святыихъ. Къ темъ прибѣгай и утѣшять тя, поскърьби къ нимь и обеселишися, сынове, бо бес печали суть и умѣють печальнааго утѣшити.

Если в волнах житейских ты, в буре морской попадешь в беду, укажу тебе, сын мой, пристанище истинное — монастыри, жилища святых. К ним прибегай — и утешат тебя, в скорби приди — и возвеселишься, сын, ибо они беспечальны и могут утешить в печали.

 

И аште чьто имѣеши въ дому своемь потребьно же онѣмь, донеси имъ, вьсе бо то въ руцѣ Божии вълагаеши и възданью будеши.

Если же есть у тебя в доме что-то им нужное, снеси им, ибо все то ты в руки Божьи кладешь и получишь за то награду.

 

Въ градѣ, въ немьже живеши, и въ инѣхъ окрьстьнихъ, поишти, ли единого человѣка бояштяся Бога и тому вьсею силою служаштя, обрѣте ли такого чловѣка, то уже не скърби: обрѣте бо уже ключь царьствия небесьнааго; къ тому присьни и душею, и тѣлъмь, съмотри жития его хожения, сѣдания, ѣдения и вьсего обычая его пытая, паче же блюди словесъ его, не дажь ни единому словеси его пасти на земли: дражьша бо бисьра суть святая словеса.

В городе, где ты живешь, или окрест него, найди хоть единого человека, который боится Бога и служит Ему всей душою, а если обрел человека такого, то уже не скорби, ибо тем самым обрел ты ключи к небесному царству; к нему прилепись и душою, и телом, смотри, как живет он: как ходит, сидит или ест, все привычки его изучи, но больше всего лови слова его, не дай ни единому слову его на землю упасть: ибо святые слова дороже жемчуга.

 

Праздьникы же святыихъ почьсти, не самъ упиваяся, нъ алчьныя и жядьныя накърмляя.

Праздники же святых почитай, не упивайся сам, но голодных и жаждущих накорми.

 

Знаемыя твори дом свой ништиимъ, въдовицямъ, сиротамъ, не имущтиимъ, кде главы подъклонити. Богатъ ли имѣеши домъ свой, худъ ли — вьсе то Божиемь промыслъмъ, нъ потъштися вьсего имѣ.

Пусть знают твой дом нищие, вдовицы, сироты, не имеющие где приклонить головы. Богат ли твой дом, беден ли — все то получено Божиим промыслом, все именье твое.

 

Не рьци бо имѣнию своему: «Мое есть», — нь рьци: «Поручено ми есть на мало дний», да акы клучарь порученое ти раздавай, якоже велить поручивый ти. Тѣмьже еже ти далъ Вышьний, то Вышьняаго ты имѣние сътвори въ немь.

Не говори о владении своем: «То мое», — но скажи: «Поручено мне на недолгие дни», и точно ключник доверенное тебе раздавай, как велел то тебе поручивший. Поэтому, что тебе дал Всевышний, то сделай именьем Всевышнего.

 

Не оставляй послѣдънему роду своему, нъ и дѣти своя и жену свою, и вьсе племя свое поручи Богу, добрууму блюстелю, егоже милость велика и богатьство несъвѣдомо.

Не оставляй его наследникам, но и детей своих, и жену свою, и всех потомков своих поручи ты Богу, хранителю доброму, ибо милость его велика и богатство несметно.

 

Имѣние бо свѣта сего рѣцѣ подобьно есть: суда отъидеть вънизъ и пакы съвьрху приходить. Тѣмьже еда вышьнии граждяне рѣкы и съсудъ своихъ не наплъняють ли, или скота своего не напоять, рекуштеи, яко нижьниимъ граждянемъ оставимъ, а сами мало приимѣмъ? Ни убо, нъ до избытька череплють, а нижьними не пекуться, та же бо рѣка минуеть я.

Ведь имение света сего подобно реке: стекает вниз и снова приходит с верховьев. Что же те, кто живет у истока, — не наполняют сосудов своих и скота не поят, говоря, что в низовьях живущим нужно оставить, сами же мало возьмем? — Нет, но черпают с избытком, не беспокоясь о тех, кто живет в низовье, хотя и одна их минует река.

 

Такоже бо и о имѣньи: не пецися послѣдьниими сыны, вънукы, правънукы, дъштерьми. Тѣмъ бо инако время ключиться ли напасть, ли татьба, ли рать, и тъгда изгубленое не станеть имъ помагая.

Так и с именьем: не заботься о будущих сыновьях, внуках, правнуках, дочерях. Ибо случится другое время, и напасть, воровство иль война, и тогда пропавшее им не поможет.

 

Тѣмьже въ животѣ своемь своей души размышляй и тою крѣпъко пьцися, яко едина ти есть душя, едино врѣмя живота, едина съмьрьть.

Так что при жизни своей размышляй о душе своей и печалься о ней, ведь как она у тебя одна, так одно время жизни и смерть — одна.

 

Тѣмьже собою поболи, собою поскърби, и сьде очищения грѣхомъ проси, и на исходѣ провождения от бѣсъ, и тамо пришьдъшю, како бы въ уготовано прити и царьство же Божие отъ вѣка: и полаты же его свѣтьлыя учинены суть, нъ аште сьде купилъ я будеши. Аште же бы мира сего богатьствъмь купити, едину оть мьньшиихъ полатъ вышьняаго Иерусалима, то ни вьсего мира богатьство събьрано недостойно есть цѣны ея.

Так страдай о себе, о себе и скорби, и еще здесь проси прощенья грехов, а при смерти — охраны от бесов, чтобы, туда отправляясь, в царство Божье от века, прийти на готовое: в палаты Его сверкающие — но только когда окупил их здесь. Если же мира сего богатством желал бы купить ты хоть самую малую из палат вышнего Иерусалима, то богатств, со всего мира собранных, не хватило бы на цену ее.

 

Милостынею же купиться царьствие Божие, милостыни же не въ велицѣмъ и мнозѣмь и малѣмь даянии лежить, нъ по силѣ даюштааго и всѣмь сьрдьцьмь.

Только милостыней покупается царство Божие, а милостыня зависит не от величины, количества или малости даянья, а от возможностей дающего ее от всего сердца.

 

Даяние бо трѣбуюштиимъ то есть милостыни она блаженая, еяже бѣша пълни съсуди и онѣхъ 5 дѣвъ мудрыихъ, имже царьство отъвьрзеся небесное.

Ведь подаянье нуждающимся и есть та блаженная милостыня, наполнившая сосуды тех пяти мудрых дев, которым отверзалось царство небесное.

 

Су же милостыню и ты приими неотъпустьно и навяжи ю на выи своеи, да будеть съ тобою въину вѣкъ вѣки.

И ты прими ту же милостыню неотступно и навяжи ее на шею свою — пусть будет с тобою всегда на веки.

 

Глаголеть бо Писание: «Милостыни мужу, акы печять» — тѣмь же аште ту приимеши, ниединъже отъ супротивьныихъ въстанеть на тя, ни речеть ти: «Камо идеши?», видяште, яко царя небесьнааго печять носиши и к Тому идеши.

Ведь говорит Писание: «Милостыня мужа — точно печать»: если примешь ее, ни один из врагов на тебя не встанет, не скажет тебе: «Куда идешь?», видя, что носишь печати царя небесного и к Нему ты идешь.

 

Въпрос: Како же ю´ прииму?

Вопрос: Как же я приму ее?

 

Отвѣт: Вьсяко можеши, аште хочеши, нѣсть бо тяжько: аште бо насытилъ ся еси пиштею — накърми альчьнааго, напилъ ли ся еси — напои жядьнааго, и съгрѣлъ ли ся еси — съгрѣй трясуштаагося зимою, въ храмѣ ли красьнѣ и высоцѣ възлежиши — въведи скытаюштаагося по улицамъ въ домъ свои. Възвеселилъ ли ся еси на тряпезѣ — обесели и скърбяштааго, обрадовали ся о чемь — обрадуй и сѣтуюштааго, почьстиша ли тя яко богата — почьсти и ты убогыя, весело ли ступаеши по степеньмъ, отъ князя исходя, — сътвори да в дому твоемь скърбяште не ходять.

Ответ: Все сможешь, если захочешь, ибо не трудно это: ибо если насытился пищей — накорми голодного, напился — напои жаждущего, согрелся — обогрей дрожащего от мороза, в хоромине ли красивой и высокой живешь — введи в дом свой скитающихся по улицам. Порадовался ли в застолье — возвесели и скорбящего, порадовался ли чему — порадуй и сетующего, почтили ли тебя, богатого, — почти и ты убогих, весело ли ступаешь по ступеням, выходя от князя, — сделай так, чтоб в доме твоем не ходили скорбящие.

 

И то бо не мала милостыни, еже домашьняя своя бе-скърбии, безъ въздыхания и бес плача сътворити. Аште достойни казни будуть при коей любо вине, то в того мѣсто помилованы будут. Тако аште будеши творяи, то и ты въ казни мѣсто въ исходѣ душя милость обряштеши.

И то уже не малая милость, если домашние твои без скорби, без воздыхания и без плача пребудут. А если достойны наказания за какую вину, пусть вместо этого будут помилованы. Если станешь так поступать, то и ты, вместо казни, будешь помилован при исходе твоей души.

 

Буди же домъ твой молитвѣ и покой иерѣемъ, служителемъ Божиемъ, и всякому чину цьркъвьнуму. И въведи таковыя въ домъ свой, съ вьсякою чьстью посади я, постави имъ тряпезу и якоже самому Христу, самъ же имъ стани въ службѣ.

Пусть твой дом будет — дом молитвы и покой иереям, служителям Божиим, и всякому чину церковному. Введи таких в дом свой, со всякою честью их усади, стол накрой им, словно Христу самому, сам же стань им служить.

 

Да у олтаря Божия молитва ихъ за тя, яко тьмьянъ къ Богу въсходить отъ нихъ. Свѣшта же твоя въину въ цьркви да свѣтить и просфора твоя такожде.

И вознесут тогда у Божьего алтаря молитву они за тебя, будто фимиам восходит к Богу от них. Свеча твоя в церкви постоянно светит, и просвира твоя — лежит.

 

Поминай же суштиихъ въ манастырьхъ, аггельскый образъ носяштая; аште ти е како, въведи я въ домъ свой, постави имъ тряпезу въ чинъ манастырьскый, жену же свою и дѣти и отрокы научи съ страхомъ и мълчяниемь служити, яко аггеломъ Божиемъ. Проважая же съ покланяниемь отъпусти я, въдавъ имъ и манастырю ихъ потрѣбьная.

Поминай всех, живущих в монастырях, кто ангельский образ носит; а когда они будут, введи их в дом свой, поставь им трапезу по монастырскому чину, жену же свою, и детей, и слуг научи в молчанье и страхе служить им, как ангелам Божиим. А провожая их, отпусти с поклоном, дав им, что нужно, и монастырю их.

 

Мъного бо то, аште едино «Господи помилуи» на дьнь укупиши у нихъ, то и бес цѣны зѣло, писано бо есть: «Мъного можеть молитва правьдьнааго». Тѣмьже аште единого можеть, то чьто паче, аште мнози таци възъпиють к Богу.

Это много, если одно лишь «Господи, помилуй!» хотя бы на день купишь у них — и это уже бесценно, ибо писано: «Много может молитва праведного». Так, если может молитва одного, насколько лучше, если многие из таковых обратятся к Богу.

 

Паче же къ суштиимъ въ горахъ самъ потрудися, къ плътьныимъ ангеломъ, иже мира сего устранивъшеся, угаждають единому Богу; неси потрѣбьное имъ, приими молитву ихъ, въкладай въ сьрдце си святая словеса, помажися благословлениемь, его молися единою за грѣхы твоя въздъхнути и отъидеши въ домъ свои чистъ.

Еще больше тем, кто живет в скитах, плотским ангелам, угождай; отвергли они сей мир, служа единому Богу; принеси им нужное, прими их молитву, вложи в свое сердце святые слова их, освятись их благословением, молись хоть однажды за грехи твои с воздыханием — и вернешься в свой дом чистым.

 

Клеветы же не приимай ни на коегоже чьрноризьца ли святителя, аште и самъ видиши съблажняюштася. Послушай Бога паче очию си, рекъшааго: «Не осужайте, да не осуждени будете».

Клеветы же не слушай ни на монаха, ни на святителя, даже если и сам ты их видишь в соблазне. Больше чем глаз своих послушай Бога, сказавшего: «Не осуждайте, да не осуждены будете!»

 

Паче же минуюштиимъ тя по пути не стыдися таковыимъ главы свое покланяти.

А тем, что встречаются тебе на пути, не стыдись головой своей поклониться.

 

Аште тако можеши творити, не сътворить ти пакости богатьство твое, нъ якоже и прѣди рекох, вождь ти будеть царьству небесьнууму, акы ходатай и другъ добръ, а зълѣ приемлемо и хранимо зълѣе диявола явиться губя тя. Богу слава ныне.

И если сможешь так поступать, не будет тебе ущерба от богатства твоего, но, как уже и сказал я прежде, станет оно водителем к царству небесному, словно защитник и добрый друг, а то, что неправедно получил и греховно хранил, явится злее дьявола, тебя губя. Богу слава ныне.

 

Наказание богатымъ

Поучение богатым

 

Яко елико великыимъ сьподобилься еси отъ Бога благыимъ, тольма и большяя длъжьнъ еси въздаяти.

Раз уж великим от Бога сподобился ты благам, то и воздавать должен больше.

 

Отъвьрзай уши свои въ ништетѣ стражюштимъ, да обряштеши и ты Божий слухъ отвьрзенъ.

Открой уши свои к страдающим в нищете, тогда и ты встретишь Божий слух открытым.

 

Аци же убо бываемъ нашимъ повиньникомъ, тако и о насъ обряштемъ небесьнааго Владыку.

Каковы мы бываем к рабам нашим, таков и небесный Владыка окажется к нам.

 

Отъвраштяйся ласкавьць льстьныихъ словесъ, яко и врановъ: искалають бо очи умьнѣи.

Отвращайся льстивых слов льстецов, они точно вороны: исклюют мысленное зрение.

 

Аште отъ вьсѣхъ хоштеши чьсть имѣти, буди всѣмъ благодѣтель обьшти; ашти хоштеши вся сущяя подъ собою исправити, добро творяштяя чьсти и зъло творяштимъ запрѣщай.

Если хочешь, чтобы все почитали тебя, стань всеобщим благодетелем; если хочешь исполнить все, тебе данное, воздай честь творящим добро и накажи творящих зло.

 

Такы убо себѣ другы и съвѣтьникы имѣй, иже не вься глаголемая тобою хвалять, нъ судъмь правьдьныимь тъштаться отвѣштати ти.

Таких себе выбирай друзей и советников, которые не все тобой изрекаемое хвалят, но стараются отвечать рассуждением справедливым.

 

Разумьно послушяти подобаеть пьря судиямъ, неудобь бо есть правьды изобрѣсти скороотъбѣгаюште или отъгоняште; разумѣвай пьря мьдьльно, твори же расуждения не тъштася.

Разумно судьям подобает выслушать обе стороны, ибо нельзя решить справедливо второпях и без внимания; вдумайся в спор спокойно, суд твори не спеша.

 

Твьрдо разумѣй: спасения своего хранилиште — еже николиже людина обидѣти.

Твердо знай: залог твоего спасения — никогда простолюдина не обижать.

 

Буди своимъ повиньникомъ страшьнъ сана ради, а любьзнъ поданиемь милостыня: елико силою прѣвышии еси вьсѣхъ, тольма и дѣлы добрыими свьтѣти ти подвизайся паче всѣхъ.

Будь для своих подчиненных чином грозен, а добротою любезен: насколько силой ты выше всех, настолько и делами добрыми светить постарайся всех больше.

 

Проштения трѣбуя грѣховъ, праштай и самъ къ тебѣ съгрѣшаюштяя, еже бо на рабѣхъ нашихъ проштение Божия гнѣва бываеть свобода.

Прося прощенья грехов, прощай и сам пред тобой согрешающих, ибо прощая своих рабов, мы получаем свободу от гнева Божия.

 

Тъгда наречеться къто убо истиньный властелинъ, егда самъ собою обладаеть и нелѣпыимъ похотьмъ не работаеть.

И нарекут тогда истинным властелином, когда овладеет он самим собою и гнусным желаньям не станет служить.

 

Съмьрть и гонение и напасть и вься видимая зълая прѣдъ очима ти да будуть по вься дьни и чясы.

Смерть и изгнанье, и беды, и зримые все несчастья пусть стоят пред очами твоими во все дни и часы.

 

Такъ буди о своихъ рабѣхъ, якоже молишися тебѣ Богу быти.

Будь таким для своих рабов, каким просишь быть к тебе Бога.

 

Не оправьдай неправьдьнааго, аште и другъ ти есть, ни обиди правьдьнааго, аште и врагъ ти есть.

Не оправдывай виноватого, даже если и друг он тебе, и не обидь не виноватого, если и враг он тебе.

 

Аште къто имать очиштену душу отъ чловѣчьскыя прѣльсти и видить худость своего естьства, умаления же, и напрасную съмьрть сего жития, — въ грѣхъ гърдостьный не въпадеться, аште и въ сану есть высоцѣ.

Если кто-то имеет душу, свободную от страстей человеческих, и видит немощь своего естества, его увядание и скорый конец этой жизни, — в грех гордыни тот не впадет, даже будучи в чине высоком.

 

Въ извѣстьнѣмь сьрдьця твоего съвѣтѣ разумѣвай суштиихъ съ тобою норовы, да познаеши въ истину съ любъвью служяштиихъ ти или съ льстью ласкаюштиихъ. Мънози бо приязнию лицемѣрьною вельми извѣстьныимъ пакость творять.

По тщательном размышлении в сердце своем обдумай характер всех, с тобой пребывающих, и тогда наверное различишь ты тех, кто с любовью служит тебе, и кто только льстиво пресмыкается. Ибо многие лицемерной приязнью самым славным приносят беды.

 

Яко не достоить послушати клеветаря, сладъко ти глаголюшта, или слышати на ближьняаго, да не отъпадеши Божия лубъве и царьства.

Потому и не следует выслушивать клеветника, сладко тебе напевающего, или поклепы на ближнего, — и не оставит тебя Божья любовь и царствие небесное.

 

Въвъздьржи клевештуштааго въ ушию своею, да не купно съ нимь погынеши.

Останови нашептывающего тебе в уши — и не погибнешь с ним вместе.

 

Еже убо правовѣрьну вѣру имѣти основания добрыихъ дѣлъ есть,[3] тѣмьже отъ вѣры начьнеться слово къ тебѣ, брате, понеже бо вѣрою въстрѣбова, а нелукаво: ведѣ, яко въдасть ми Господь вѣры ради твоея написати ти словеса ключема спасению.

Поскольку иметь православную веру есть основание добрых дел, так от веры начинается слово к тебе, брат, ведь и ты просил с верой, а не с хитростью: знаю, что даст мне Господь ради веры твоей написать тебе эти слова, ключи ко спасению.

 

Вѣруй въ Отьца и Сына и Святааго Духа, въ Троицю нераздѣльну, Божьство едино, Отьця нерождена, Сына рожена, а не зъдана, Духа Стаа ни рождена и зъдана, нъ исходяштя: трие въ единой воли, едину славу, едину чьсть и едино поклонение отъ вьсея твари и отъ аггелъ и чловѣкъ приемлюштю, прѣвѣчьну и бесконьчьну прѣбываюштю въ вѣкы.

Веруй в Отца и Сына и Святого Духа, в Троицу нераздельную, Божество единое — Отца нерожденного, Сына рожденного, а не созданного, Духа Святого, не рожденного и не созданного, не исходящего: три — в единой воле, в славе одной, в чести; и единое поклонение от всей твари, от ангелов и людей приемлющую, превечно и бесконечно пребывающую во веки веков.

 

Въплъштение же Сына вѣруй истиньно суште, а не привидѣниемь: въ двѣ естьствѣ Божьство и чловѣчьство — Бога по Божьству, чловѣка по въчловѣчению, въ обоемь съвьршена.

Веруй в воплощение Сына как истинно бывшее, а не воображаемое: в двойную сущность его Божества и человечества — Бога по Божеству, человека по воочеловечиванию, но в обоих них — совершенного.

 

Крьсту Христову съ вѣрою покланяйся, яко на томь спасение вьсѣмъ чловѣкомъ съдѣла Господь.

Кресту Христову покланяйся с верою, ибо на нем сотворил Господь спасенье всем людям.

 

Иконѣ Христовѣ и прѣчистыя его матере и вьсѣхъ святыхъ его съ вѣрою чьсть въздавай, и яко къ самѣмъ любъвьно въ молитвѣ глаголи.

Иконе Христа и пречистой его матери и всех святых его с верою честь воздавай, точно к самим им с любовью обращайся в молитве.

 

Страхъ Божий имѣй въ срьдьци въину и память, акы ту сушта Бога съ тобою на вьсякомь мѣстѣ, идеже идеши или сядеши.

Имей всегда страх Божий в сердце и помни, что Бог здесь с тобою на всяком месте, где идешь иль сидишь.

 

Страхъмь же его, акы уздою обръти умъ свой и въстязай по вся часы, да не безъ въстягновения ходя пустошьныимъ научишися.

Страхом пред ним как уздой обороти свой ум и удерживай постоянно, ибо, блуждая безудержно, научишься лишь суетному.

 

Простѣйшааго въ всемь ишти — и въ брашьнѣ, и въ одежди, и не стыдися ништетою, понеже большяя чясть мира сего въ ништетѣ есть.

Ищи во всем самого простого — и в еде и в одежде, и не стыдись нищеты, ведь большая часть сего мира живет в нищете.

 

Не рьци: «Богата мужя сынъ есмь и срамъ ми есть» — никътоже бо богатѣй Христа, отьця твоего небесьнааго, родивъшааго тя въ купѣли святѣй, въ ништетѣ же ходивъшя и не имуштя, къде главы подъклонити.

Не говори: «Богатого мужа я сын, и потому мне то стыдно» — ибо никто не богаче Христа, отца твоего небесного, тебя родившего в святой купели, но нищим и он ходил, не зная, где преклонить голову.

 

Правьдою украшяйся и къ вьсякому тьщися истиньно глаголати, не мози ся лиця устыдѣвъ лъжи послухъ быти, яко губить Господь глаголюштяя лъжу, нъ съ покорениемь истиньно отъвѣштавай.

Правдою украшайся и старайся всем говорить истину, не свидетельствуй ложно с бесстыдным лицом, ибо губит Господь извергающих ложь, но кротко истину излагай.

 

Уне бо есть чловѣку отъ истины пользу приемлюштю възненавидѣну быти, паче, нежели оть лицемѣрия врѣжену възлюблену быти.

Ибо лучше правдивому человеку быть ненавидимым, чем испорченному лицемерием быть любимым.

 

Възненавидѣныя бо бес правьды въздвигнеть Господь, възлюбленыя же вьсуе уничьжить, клеветьници бо истиньни бывають безъ испытанья.

Ненавидимых в правде возвысит Господь, любимых во лжи — уничтожит, ибо и без проверки клеветникам знают цену.

 

И аште ти правьду изъглаголавъшу и въ гнѣвъ въпадеши отъ кого любо, не скърби о томь, нъ паче утѣшайся, реченыимъ отъ Бога: «Блажени възненавидѣнии правьды ради, яко тѣхъ есть царьствие небесьное».

Но если в ответ на правду твою во гневе обрушатся на тебя, не печалься, утешаясь сказанным Богом: «Блаженны возненавиденные за правду, ибо их есть царство небесное».

 

Кротькъ буди къ вьсякому чловѣку, къ старѣйшууму тебе и къ мьньшюуму, лицемѣрьная бо то кротость, еже большиихъ устыдѣвъшеся, а мьньшяя озълобити.

Кроток будь со всяким человеком, и кто выше тебя и кто ниже, ибо лицемерная кротость — стыдиться пред старшими и презирать низших.

 

Кротъко ступание, кротъко сѣдение, кротъкъ възоръ, кротъко слово, — вься си въ тебѣ да будуть; отъ сихъ бо истиньный хрьстьянъ явишися.

Кроткая походка, кроткое сидение, кроткий взор, кроткое слово — все это пусть в тебе будет; в том ты и явишься истинным христианином.

 

Кротость же есть, еже никомуже не досажати ни въ словеси, ни въ дѣлеси, ни въ повелѣньи, нъ вьсякому чловѣку норовы своими осладити срдце.

А кротость — это ведь не досаждать никому ни словом, ни делом, ни повелением, но каждому человеку нравом своим услаждать сердце.

 

Славы земельныя никоемьже дѣлѣ не похошти, слава бо земльная ругаеться любяштиимъ ю, припахнувъши бо въ мало время чловѣку, яко буря вѣтръняя и плодъ добрыихъ дѣлъ обронивъши, въскорѣ же отъшьдъши посмѣеть неразумию его.

Славы земной не желай ни в чем, ибо слава земная насмехается над привязанным к ней, точно буря ветренная, налетев на короткое время на человека и плод добрых дел обронив, тут же исчезнув, лишь посмеется его неразумию.

 

Иже хочеть славьнъ быти вь семь мирѣ, ть бештьстья не тьрпить, вѣру же дрьжяй беславие любить, помышляя реченое отъ Господа: «Како убо можете вѣровати, славу отъ чловѣкъ приемлюште, славы же, яже отъ Иночядааго, не ищете?»

Кто хочет быть славным в сем мире, тот бесчестья не терпит, кто держится веры — безвестность любит, размышляя о том, что сказал Господь: «Как можете веровать, от людей принимая славу, а славы, которая от Единого Бога, не ищете?».

 

Бештьстье люби акы чяшю пелына и приими е, аште и притрано ти есть, нъ на прогънание грѣхъвънуму недугу, иже бо грѣхъ сладостью въниде, горестию да проженеться.

Бесчестье терпи, точно чашу полыни прими ее, даже если тебе неприятно, или изгнанья недуга греховного, ведь грех через сладость входит, а горечью — изгоняется.

 

Желаюштюуму вѣчьныя жизни и худѣ земленыихъ причяштяюштюся и въину мысляштю о исходѣ своемь, не сътужить ему поношение чловѣчьско, яко гость бо, пришьдъ въ миръ сь, сътьрпить бештье господы своея, понеже утро надѣеться остити.

Того, кто мечтает о вечной жизни и худо с земным согласуется, всегда помышляя о кончине своей, не терзает поношенье людское, он как гость, пришедший в мир сей, — претерпит бесчестье от хозяев своих, поскольку завтра надеется отойти.

 

Съ мученыими Христа ради хотя ликъствовати, прѣдажь тѣло свое на наготу, волю на попьрание, утробу на постъ, срдце на крѣпость, кръвь же аште не на пролитие извъну, то вънутрь исучи ю сухотою яди, да приимеши обѣштяная.

С мучениками ради Христа желая общаться, наготе предай свое тело, волю свою — на попрание, утробу — на пост, сердце — на твердость, а кровь, если и не на пролитье извне, то изнутри иссуши ее пищею черствой — и примешь тогда желанное.

 

Вѣси, яко призываеши и князя, очищають храмы, и ты, аще желаеши Бога своего въ домъ тѣлесьный въселити на свѣтъ жизни твоей, очисти тѣло постъмъ, истрѣби жяждею, украси съмѣрениемь, накади благоуханьною молитвою.

Знаешь ты, что, приглашая князя, убирают хоромы, ты же, если желаешь Бога в дом свой телесный вселить на просвещение жизни твоей, тело очисти постом, жаждою истреби, смиреньем укрась, накади молитвою благоуханной.

 

Храни свѣштю отъ вѣтра и молитву же отъ юности украси, яко невѣсту, бъдѣниемь, трудъмь, тьрпѣниемь, да похоштеть еи царь небесьныи.

Храни от ветра свечу, молитву с юности укрась, точно невесту, бденьем, трудом, терпением — и тогда возжелает ее царь небесный.

 

Тайно мѣсто обрѣтъ и сѣдъ съ тихостию помяни грѣхы и отъпадение царьства, и умилися срдцьмь и образъмь, преклони главу и рьци съ стенанием: «Охъ, мънѣ, яко пришьльствие мое удалися, и къто дасть главѣ моей воду, и очима моима сльзы? увы мънѣ, увы мънѣ, яко близь дьнь Господень!»

Тайное место найдя и присев в тишине, помяни и грехи, и падения царств, и умились и сердцем, и взором, голову преклони и скажи со вздохом: «Ох мне, ох, пребыванье мое затянулось, кто ж даст воду главе моей и очам моим слезы? увы мне, увы мне, ибо близок день Господен!»

 

Сльзъ ли не имаши, нъ не отъчяйся, въздыхай же чясто и тяжько отъ вьсего срдця, сльзы бо суть даръ Божии, и помалу въздыханиемь и умилениемь испросиши у Бога: вьсякъ бо просяй прииметь.

А если нет слез, не отчаивайся, почаще вздыхай и тяжко от чистого сердца, ибо слезы — дар Божий, так мало-помалу умиленьем и вздохом выпросишь их у Бога, ибо всякий просящий получит.

 

Обрѣтъ сльзы, храни я вьсею силою своею отъ объядания и пияньства, паче же отъ осуждения вьсякого чловѣка; своему бо дѣлу зазирай, чловѣка же, егоже не съзъда, тому не суди.

Обретши слезы, охраняй их изо всей силы от обжорства и пьянства, но больше всего остерегайся осуждать других: делай дело свое, а не суди человека, ведь не ты его создал.

 

Не вѣруй ни очима своима, аште видиши кого съгрѣшяюштя, яко и тѣ невѣрьнѣ есте, ибо и пьрвое въ раи очи съблазнистася, и падениемъ онѣмъ отъ възора быста.

Не верь и очам своим, если видишь, что кто-то грешит, ибо и очи обманут: ведь и прежде в раю соблазнились очи, и свершилось падение их от взгляда.

 

Иже бо имѣеть на ребрѣхъ своихъ язву, гноя испълнену, прыштиемъ чюжимъ не съгнусить си и помышляя въину с мъножьствѣ грѣхъ своихъ, николиже о дружьни съблазнѣ бесѣды съставить коли.

Кто носит на ребрах своих рану, полную гноя, не гнушается чужими прыщами, всегда размышляя о множестве личных грехов и никогда не входя в беседы о соблазне других.

 

Чьрвь съмѣренъ зѣло и худъ, ты же славьнь и гръдь, нъ аще разумьнъ еси самъ, уничьжи гърдость свою, помышляя, яко крѣпость твоя и сила, чьрвьмъ покоиште бываеть.

Червь мелок и слаб, ты же славен и горд, но если разумен ты сам, смири гордыню свою, размышляя о том, что твердость твоя и сила будут червям приютом.

 

Помяни пьрвыя прослувъшая въ храбърьствѣ, въ богатьствѣ же и славѣ, и вьси яко без вѣсти отъидоша и беспамятьни бышя; худии же и убозии въ мирѣ семь, о души своеи подвигьшеися, како и на небеси прославлени и по земли хвалими, и на помошть призываеми.

Вспомни древних, прославленных храбростью, богатством, славой, ведь все они отошли безвестно и ныне забыты; слабые же и убогие в сем мире, о душе своей позаботившиеся, прославлены на небесах, и на земле их хвалят, призывая на помощь.

 

Възведи очи милостивьно на сѣдяя въ наготѣ и зимою съкърчивъшаагося, понуди естьство свое прикрыти одеждею, лежаштею у тобѣ, и Господь дасть ти пакы съторицею жизнь вѣчьную.

Милосердно очи свои возведи на сидящего в наготе и от холода скорченного, дай ему тело его прикрыть одеждой, лежащею у тебя, и Господь даст тебе сторицею вечную жизнь.

 

Простьри руку скытаюштюмуся по улицамъ, въведи таковыя въ свою обитѣль, общъ ти буди съ нимь хлѣбъ твой, обьштя чяшя, воды ли или пития, яко же ти Господь далъ есть.

Подай руку скитающемуся по улицам, введи его в дом свой, раздели с такими и хлеб твой, и чашу воды ли или питья, какого тебе дал Господь.

 

Страньна въведи въ домъ свой, бескровьнааго въ храмъ свой, даждь мокнуштюму сухоту, зимному теплоту, омый сквьрну тѣла его, яко убогъ есть зѣло и достоинъ помилования.

Странника в дом свой введи, в хоромы — бездомного, мокнущего осуши, замерзающего согрей, смой грязь тела его, ибо убог он весьма и достоин спасения.

 

Посѣти суштиихъ въ тьмьници, по Господню повелѣнию, вижь бѣду, вижь страсть и рьци: «Охъ мънѣ! си за едино съгрѣшение стражють! Азъ же по вься чясы владыцѣ моему Христу съгрѣшяю и въ льготѣ прѣбываемъ!»

Навести в темнице сидящих по воле Бога, взгляни на беду их, взгляни на страдания и скажи: «Ох мне! это они за одно согрешение только страдают! Я же все время пред владыкой моим Христом согрешаю, но нахожусь на свободе!»

 

Аште видиши кого отъ нихъ, по оклеветании стражюшта, помози ему, Христа ради, яви истину къ нимъже оклеветанъ есть: велико бо то спасение есть, еже обидимыя избавляти.

Если видишь кого-то из них по навету страдающим, помоги ему, ради Христа, яви истину к тем, кто был оклеветан, ибо весьма спасительное это дело, облегчать обиженных долю.

 

Сѣдящю ти надъ мъногоразличьною тряпезою, помяни сухъ хлѣбъ ядуштааго и не могуштааго си воды принести недуга ради.

Когда сидишь за обильным столом, вспомни о том, кто ест хлеб сухой и не может воды принести в недуге.

 

Насыштяяй тѣло свое, дажь чясть отъ тряпезы ты твоея души своей, яко та чьстьнѣиши тѣла есть, даждь же да душьную часть нищии хранять, да егда въстрѣбуеть, тьгда готово обряштеть. Будеть бо веремя на исходѣ и у вратъ небесьныихъ обряштеть, егда мъного трѣбовати имать.

Насыщая тело свое, отдай часть еды твоей ради души своей, ибо честней она тела, чтобы душевную часть сохранили нищие, так что когда потребуется, она в готовности. Время будет твое на исходе, а она окажется у врат небесных, тогда потребует много.

 

Насыштяяся многосластьнааго пития, помяни пиюштааго теплу воду, отъ слъньца въстопѣвъшу, и ту же пороха нападъшу отъ мѣста незавѣтръна.

Принимая сладостное питие, подумай о пьющем теплую воду, на солнце согревшуюся, полную сора от неприкрытого места.

 

Въ богатьствѣ сы и земльныихъ благъ изобиль имѣя, помьни въину слово Авраамле, еже къ богатому: «Въсприя ты благая въ животѣ своемъ, якоже и убогыи зълая, тѣмьже онъ веселиться, а ты стражеши».

Имеющий благ земных изобилье, помни всегда Авраамово слово к богатому: «Ты принял благое в жизни своей, как принял убогий — злое, потому веселится он, ты же — страдаешь».

 

Възлагъ на мъногомякъцѣ постели и пространо протягаяся, помяни наго лежаштааго подъ единѣмь рубъмь и не дрьзнуштя ногу своею прострѣти зимы дѣля.

Возлегши на мягкой постели, свободно потягиваясь, вспомни лежащего в наготе под единым рубищем, того, кто не может вытянуть ноги свои из-за холода.

 

Лежащю ти въ твьрдо покръвенѣ храминѣ, слышащю же ушима дъждевьное множъство, помысли о убогыхъ, како лежать ныня, дъждевьными каплями, яко стрѣлами, пронажяеми, а другыя отъ неусъновения сѣдяштя и водою пъдъяты.

Когда возлежишь ты под крепкою крышей в хоромах, слушая как шумит дождь, подумай и об убогих, что ныне лежат, пронзаемы точно стрелами дождевыми каплями, а другие без сна сидят, затопленные водою.

 

Сидяшту ти въ зиму въ теплѣ храминѣ и без боязни изнаживъшуся, въздъхни, помысливъ о убогыхъ, како клячять надъ малъмь огньцьмь съкърчивъшеся, большу же бѣду очима оть дыма имуште, руцѣ же тъкмо съгрѣвающе, плешти же и вьсе тѣло морозъмь измьрзъше.

Когда в мороз сидишь ты в теплых хоромах, без страха раздевшись, вздохни, об убогих вспомнив, как сгорбились над огоньком, согнувшись, с большой болью в глазах от дыма, чуть-чуть согревая руки, тогда как плечи и тело — все мерзнет на холоде.

 

Приклони ухо свое къ просяштюуму и обништавъшюуму въ житьи семь, заплати избываюштиимъ своимъ оного недостатъчьную диру его.

Ухо свое преклони к просителю, обнищавшему в жизни сей, поставь заплату избытком своим на зияние дыр его.

 

Духовьнааго и духовьная помышляй, а не земльная; вѣдый, яко по нетьлѣньному одѣнию крьштение вси равьни суть, и убозии, и богатии. Тѣмьже блюди, еда по земльному помышляя, прѣзриши убогааго, тьлѣньною одеждею съ тобою не равъно одѣна.

Помышляй о духовном, а не о земном; знай, что по нетленной одежде крещения все равны, и убогие, и богатые. Поэтому берегись, чтобы думая по-земному, не презирать убогого, не одинаково с тобою одетого тленной одеждой.

 

Святыихъ, угождьшиихъ Господу, моли, акы помоштьникы сушта и заступникы притѣкаюштиимъ къ нимъ, понеже прияшя дрьзновение къ Господу, акы угодьнии раби къ своему господину.

Святым, угодившим Богу, молись, ибо они помощники и заступники прибегающих к ним, поскольку они получили право обращаться к Господу, как рабы, угодные своему господину.

 

Мошти святыихъ съ вѣрою цѣлуй и чьсть въздажь имъ, яко чьстьномъ, понеже Христа дѣля пострадашя.

Мощи святых с верой целуй и честь им воздай как честным, ибо ради Христа пострадали они.

 

Тайнамъ Божиямъ вѣруй, тѣлу и кръви Его, съ страхъмъ причяштяяся, да причастьникъ будеши царьству Его.

Веруй в Божии тайны, телу и крови Его причащайся со страхом — и станешь причастником царству Его.

 

Невѣрьство же отъмѣтай, не рьци, како хлѣбъ тѣло и вино кръвь? но слыши, яже отъ чловѣкъ невъзможьна, отъ Бога възможьна.

Неверие же отметай, не говори: «как это, хлеб — тело, а вино — кровь?», но знай: что у людей невозможно, у Бога возможно.

 

Вѣруй въскрьсению мрьтвыиихъ и жизни будуштааго вѣка, по неиздреченьну словеси Господню, еже въ еуагглистѣмь слыши учении.

Верь в воскресение мертвых, в жизнь предстоящего века, по неизреченным словам Господня, которые слышишь у евангелистов.

 

Помни Судъ, чяи отъвѣта и въздаяния по дѣломъ, и вѣруй, яко будеть, будеть!

Помни о Страшном суде, ожидая ответа и воздаяния по делам — и верь: это будет, будет!

 

По семь же възлюби Господа Бога своего отъ всея души своея и отъ всея крѣпости и подвигнися вься твоя дѣла и добрыя норовы къ Его угождению творити лѣпо.

А еще: возлюби Господа Бога своего от всей души своей и со всею твердостью, и старайся угодить ему всеми делами твоими и добронравием.

 

Пакы же искрьняаго своего възлюби, съ нимьже въ единой купѣли породися, рекъше всякого хрьстьяна, паче же брата си: «Въсхожю бо, — рече Господь, — к Отцу моему и Отцю вашему».

Также и ближнего своего возлюби, с которым в одной породнился купели, то есть всякого христианина, а скорее — брата тебе, ибо, сказал Господь, «Восхожу к Отцу моему и Отцу нашему».

 

Поклоняй главу свою вьсякому старѣйшюму тебе, и врѣменьмъ и разумъмь, съмѣреныя бо въздвигнеть Господь.

Склоняй свою голову перед всяким, кто летами старше иль разумом, ибо возвысит смиренных Господь.

 

Другы своя и съравьныя тебѣ любъвию сърѣтай и съ обятиемь целование дай ему, акы Елисавефь и Мария.

Друзей же своих и равных тебе с любовью встречай, и, обнимая, целуй, как Елизавета и Мария.

 

Мьньшяя тебе малыя вьрстою любъвьно приими и помилуй, и къ Богу о нихъ въздъхни, яко не ново начьнъшя познавати Господа.

Меньших тебя и малых годами любовно прими и помилуй, и к Богу о них воздохни, ибо только что начали те познавать Господа.

 

Князя бойся вьсею силою своею, нѣсть бо страхъ его пагуба души, нъ паче научишися отъ того и Бога боятися.

Князя бойся всей силой своею, ибо страх перед ним — не пагуба для души, лишь вернее научишься Бога от того бояться.

 

Небрѣжение же о властьхъ — небрѣжение о самомь Бозѣ. Иже на власти земльнѣ поучения видимаго владыкы небояся, како невидимааго убоиться?

Пренебрежение властями — пренебрежение Богом. Ведь если кто власти земной не боится, поучения видимого владыки, то как устрашится невидимого?

 

Боиться ученикъ учителева слова, паче же самого учителя, такоже бояйся Бога боиться и князя, имьже казняться съгрѣшяюштии: князь бо есть Божий слуга къ чловѣкомъ, милостью и казнью зълыимъ.

Боится ученик учительского слова, но больше — самого учителя, так и страшащийся Бога боится и князя, через которого и наказываются согрешающие, ибо князь — перед людьми слуга Бога, милость иль наказанье преступных.

 

По семь же вьсякому богату главу свою покланяй и съмѣрения ради, древо бо многовѣтвьно: поклонениемь подъидеши и мимо идеши.

А кроме того, пред всяким богатым склоняй свою голову смирения ради, ибо у древа много ветвей: только склонившись, под ним пройдешь.

 

Приимъшеи бо власть и емѣние отъ князя своего, отъ другъ своихъ славы хотять, а отъ мьньшиихъ поклонения просять и чьсти.

Принявшие власть и именье от князя своего, хотят от друзей своих прославления, а от низших ждут поклонения и почитания.

 

Прѣдъ князьмь же бойся лъжю глаголати, яко губить Господь глаголюштяя лъжю, нъ съ покорениемь истиньно отъвѣштявай ему, акы къ самому Господу.

Пред князем страшись говорить неправду, ибо губит Господь изрекающих ложь, но покорно истину говори ему, словно Господу самому.

 

Аште бо въ врѣмя нѣкое неправо чьто възглаголеть ти, а тобѣ съвѣдуштю, блюдися, еда искушаеть тя, блюдеши ли своея душя? И аште явишися неистовьствуя, не можеши увѣритися ему, яко блудеши оного душя.

Если когда-нибудь неверно что скажет тебе, а ты это знаешь, вглядись, не искушает ли он тебя: бережешь ли душу свою? Если же явишь свое безумство, не сможешь доказать ему, что сохраняешь душу его.

 

Умъ свой присно отъ суетьныхъ мыслий въстягай, въспуштяй же къ Господу горѣ, симь бо на стьзю подвига въступаеши, душу же отъ раслабления свобажяеши.

Ум свой от суетных мыслей отринь, воспаряя высоко к Господу, ибо этим вступаешь на стезю добродетели, освобождаешь душу от слабости.

 

Нѣсть бо дивьно чловѣчьску естьству низъпадати къ земльныимъ, нъ еже падъшися не въстати? Къто бо заблудивъ съ пути не възиска пакы? Раслабленъ ли бысть отъчаяниемь пакы дньсь, утрѣшний пакы днь подвигу отдажь.

То не диво для естества человека — ниспадать к земному, но если, павши, не встать? Разве кто-нибудь, сбившись с пути, снова его не отыщет? Если разбит отчаяньем ты сегодня — завтрашний день посвяти подвигу.

 

Неразумие же убо есть, еже приходяштямъ благостынямъ вѣчьныимъ даръмь благааго Бога, ти не пожьдати трьпѣниемь и вѣрою, нъ о земльныихъ радоватися и тѣхъ приятися, акы невѣруюшту въскрьсению.

Неразумно, когда приходят вечные достояния — дары благого Бога, не дожидаться их с терпением и верой, но радоваться земному и к нему стремиться, словно не веря в воскресенье.

 

Аште бо бы слава сего мира приближилася славѣ небесьнѣй, не бышя сынове мира сего распяли Господа славы, то кый бо рабъ дрьзнеть въ томь дому обитати, идеже господина его не прияшя?

Если бы слава сего мира приближалась к славе небесной, не распяли бы славы Господа мира сего сыновья, ибо какой раб дерзнет жить в доме, где его господина не приняли?

 

Алкоту и жяжду Христа дѣля люби, елико бо пакость тѣлу твориши, души благодѣть зиждеши. Въздаяй бо судъ противу словомъ и помысломъ въздасть пакы благая и за малое, еже Его дѣля потрьпимъ.

Голод и жажду терпи Христа ради: насколько наносишь вред телу, настолько душе создаешь благо. Воздающий суд за слова и помыслы воздаст благом и за малое, которое ради него претерпим.

 

Молитвы же душьныя пищя не отълагай, якоже бо тужить тѣло и отънемагаеть пиштя лишяемо, тако душя молтвьныя сладости лишяема на раслабление и умьртвие умьное приближяеться.

Молитвы — пищи душевной — не откладывай, как тужит тело, изнемогая без пищи, так душа, лишаемая сладости молитвы, к слабости и душевной смерти приближается.

 

Свѣтъ убо въ храминѣ свѣштя, свѣтъ же въ чювьствѣ молитвьный разумъ; яснъ же свѣтъ от свѣштя, не суштю въмѣсу никоемуже, свѣтла же зѣло молитва непримѢсна мысли земьныихъ.

Свет в хоромах — свеча, свет же в чувстве — молитвенный разум; ясен свет от свечи, не знающей никаких примесей, но светла и молитва, не смешанная с земными помыслами.

 

Прѣдай хотѣние Богу, вѣдуштюуму вся прѣже бытия чловѣку, и не проси воли твоей быти: всякого бо чловѣка мысль о непользьныихъ, нъ глаголи къ Богу: «Да будеть воля твоя!» Тъ бо строить вься на пользю намъ, ихъже мы плътьнии не вѣмы.

Предай все желания Богу, ведающему все до бытия человека, и не проси о воле своей — у всякого человека мысль о ненужном, — но обращайся к Богу: «Да будет воля твоя!» Ибо строит он все нам на пользу, которой мы в нашей плоти не ведаем.

 

Въстени акы мытарь, прибѣгни акы блудьныи, умилися акы Ахаавъ, плачися акы Петръ, зови акы ханааныни, прѣдъстои яко въдовица, молися акы Иезекия, съмѣрися акы Манаси, — аште тако молишися, прииметь благый Господь молитву твою, акы мати младенца.

Стенай словно мытарь, вернись точно блудный сын, умились как Ахав, восплачь точно Петр, взывай как ханаанка, предстань как вдовица, молись как Иезекия, смирись как Манасия, — и если молишься так, примет благой Господь молитву твою, как мать — младенца.

 

Безгрѣшьнааго есть дѣло, еже грѣхомъ судити чюжимъ, къто же е без грѣха? Развѣ единъ Богъ. Тъ бо единъ неомѣримъ и тому подобаеть судити суштиимъ подъ мѣрою.

Дело безгрешного осуждать чужие грехи, а кто без греха? Один только Бог. Один он безмерен, и ему подобает судить тех, кто измерен.

 

Еже судити чловѣку съблазивъшюся гърдость есть и съмнѣние; Господь же гърдыимъ противиться. Иже бо по вься чясы отъвѣтъ дати о своихъ грѣсѣхъ чясть, не скоро главы своея възведеть съблазнъ чюжиихъ съмотрити.

Гордыня и самомнение осуждать других заблуждающемуся человеку; Господь же гордым противится. Но тот, кто всегда готов дать ответ за свои грехи, не скоро поднимет голову свою, чтобы рассмотреть чужие заблуждения.

 

Не буди гърдъ, да не похвалиться гробъ, гърдость твою объдьржа, и убогый почиеть на гробѣ твоем и никоегоже врѣда прииметь.

Оставь гордыню — и не похвалится гроб, гордость твою вбирая в себя, и убогий отдохнет на гробе твоем без всякого для себя вреда.

 

Видѣвъ мьртвьць носимъ, акы свое естьство помиловавъ послѣдуй ему и до гроба, дъвое бо добро приемлеши: оного дѣля съмьрти свое умрьтвие помянувъ съмѣришися, и пакы тѣло его помиловавъ, гробу прѣдавъ, помилованъ будеши.

Увидев, что мертвеца несут, сжалившись как над собственным телом, проводи его до могилы и двойную получишь пользу: на смерти его свою кончину представив, смиришься, а тело его пожалев и предав могиле, сам помилован будешь.

 

Боляштааго посѣти, неси егоже хочеть въкусити, самъ же послужи о немь, акы о своемь сьрдоболи, вѣдый, яко и ты такоже имаши пострадати.

Болящего посети, принеся ему то, что он хочет отведать, и сам ему послужи, как близкому своему, помня, что так же и тебе предстоит пострадать.

 

Стенюштю оному тяжько отъ болѣзни, ты же милостьныя своя сльзы испусти и въздъхни о болѣзни его къ Богу, въ нейже есть, и аште и лѣчьць прилучиться, ты даждь цѣну ицѣления его дѣля.

Если стонет кто-то тяжко в болезни, сострадательно слезы свои испусти и к Богу вздохни о болезни, в которой он находится, а если лекарь при этом случится, дай плату ему за его лечение.

 

Умираюштю же ему, ты своима рукама очи его сътисни и уста его, къ Богу о души его отъ вьсего срдця помолися и омый своима рукама, аще же и убогъ есть, попецися не нага погрести его.

Когда умирает он, то своими руками очи его закрой и уста его, о душе его сердцем всем помолись ты Богу и омой своими руками, а если убог, позаботься, чтобы не нагим схоронили его.

 

Зѣло успѣшьно къ покаянию и сльзамъ посѣштение умираюшттиихъ. И къто бо тъгда не приидеть въ умиление, видя естьство свое въ гробъ съходяшть, и имя его угасъше, славу же богатааго въ тьлю съшьдъшу.

Важно для покаяний и слез посещение умирающих. Да и кто же тогда не придет в умиление, видя естество в могилу сходящее, имя угасшее, и славу богатого, рассыпавшуюся в тлен.

 

Аште имѣеши дрьзновение къ властелемъ и къняземъ, поскърби о обидимѣмь отъ сильнаго, и до пота попьри по сиротѣ, да въмѣнить Господь капля пота твоего съ кръвию мученичьскою.

А если можешь просить властителей и князей, заступись за обиженных сильными, и до пота сразись за сирот — приравняет капли пота твоего Господь к крови мучеников.

 

Аште ли незнаемъ еси князьмъ си, то къ тѣмъ, иже имуть дрьзновение къ нему, потужи о убозѣмь, и Господь рано по пьрвому се въмѣнить ти.

Если же не знаком ты князьям, то тех попроси заступиться, кто близок к ним, поскорби об убогом — и скоро Господь, как и прежде, отплатит тебе.

 

Цьркви Божии завушти на молитву, остави дѣло земльное кое любо и иди на душевьную пиштю съ тъштяниемь, акы Петръ, Иоанъ къ гробу.

Когда церковь Божья зовет на молитву, оставь свое дело земное и спеши за душевной пищей с тщаньем, точно Петр, Иоанн ко гробу Господню.

 

Идушту ти въ святый храмъ помысли, еда кого прогнѣвалъ еси въ коемъ дѣлѣ, и всяко потъштися гнѣвъный мракъ разгънати, да яко слнце освѣтить ти душу молитвьная доброта.

Когда направляешься в храм святой, вспомни, когда и кого прогневил ты в каком-то деле, и постарайся, как можешь, мрак гнева того разогнать и — тогда словно солнце осветит душу тебе доброта молитвы.

 

Съкрываеть бо тьмьный облакъ сличьную красоту и свѣтьлость, погубить молитвьную красоту помнѣние гнѣвьное.

Ибо скрывает темная туча солнечную красоту и светлость, погубит красоту молитвы помышление гневное.

 

Ступивъ въ двьри црквьныя, помысли сама врата небесная прошьдъ, и ту глаголавъ вьсь чясъ таиныи, съ дивъмь и съ страхъмь стой, съмотря бываемыихъ съ вѣрою тѣлесьныима очима и душевьныима, тъгда и самъ прѣмѣнися отъ земльныихъ мыслий на будущая блага.

Ступив в церковные двери, помни, что там ты вратами небесными как бы проходил, творя молитвы весь тайный час, в трепетном страхе стой, с верою глядя на происходящее очами телесными и духовными, тогда и сам переменишь мысли земные на будущие блага.

 

Видѣвъ Христа, закалаема въ жьртву къ Отцу за вьсь миръ, чьто ино моштьнъ еси помыслити плътьнъ сы, тъкмо руцѣ въздѣвъ, рьци: «Слава многуму ти чловѣколюбию, Христе Боже!»

Видев Христа, закалаемого в жертву Отцу за весь мир, что иное ты можешь помыслить, находясь во плоти, как только, руки воздев, сказать: «Слава великому твоему человеколюбию, Христе Боже!»

 

Размышляя же по вься часы чястая съгрѣшения чловѣчьска, прѣмъногое же и бештисльное чловѣколюбие Божие, еже на чловѣчьстѣ родѣ имать и еже съгрѣшаюштемъ намъ тьрпить, и до послѣдьняаго дыхания ожидаеть покаяния нашего. Тѣмьже варимъ лице Его исповѣданием. Прииди потъштися и припади предъ Господьмь и въсплачи прѣдъ сътворивъшимъ тя, зови милость его, приглашай штедроты его, да же съмьрть не варить.

Размышляя же часто о многих согрешениях человека, увидишь премногое и бесконечное человеколюбие Божье, какое нисходит на род человеческий и нас, согрешающих, терпит и до последнего вздоха нашего ждет от нас покаяния. Потому спешим с исповедью еще до встречи с Ним. Приди, потрудись и припади пред Господом, и восплачь пред сотворившим тебя, призови его милость, проси щедрот его, пока не опередила смерть.

 

Не рьци: «Много съгрѣшихъ, много беззаконьновахъ, не имамь дрьзновения, еже къ Богу припасти», ни убо не отъчай себе, не прилагайся тъкмо отъселѣ къ съгрѣшениемъ и силою вьсемилостивааго Бога не имаши посрамленъ быти.

Не говори: «Согрешил я много, много совершил беззаконий и не дерзаю припасть к Богу» — не отчаивайся, но уж теперь не греши, и силой всемилостивого Бога не будешь отвергнут.

 

Не лъжьнъ рекый: «приходяштяаго къ мънѣ не иждену вънъ», и по сихъ: «вьсѣ обратитеся къ мънѣ и азъ исцѣлю вы, и не хочу съмьрти грѣшьнику». Тѣмьже дьрзай и вѣруй, яко Чисть сый приближяюштааго ся къ нему очистить.

Прав сказавший: «Приходящего ко мне не выгоню вон», — и потом: «Все обратитесь ко мне — я исцелю Вас, не хочу смерти грешнику». Так дерзай же и веруй, что сам Чистый — приближающегося к нему очистит.

 

Аште истиньно покаяние хоштеши прияти, то яви е дѣлъмь: аште гърдости каешися, покажи съмѣрение, аште пияньства, покажи постъ, аште любодѣяния, покажи чистоту. «Уклони бо ся, — рече, — отъ зла и сътвори добро».

Если действительно желаешь принять покаяние, то яви это делом: если в гордыни каешься, покажи смирение, если в пьянстве, покажи воздержание, если в любодеянье, покажи чистоту. Ведь сказано: «Уклонись от зла и сотвори добро».

 

Тъкъмо не ожидай въ тинѣ грѣховьнѣй. Вънезапы приимеши и въздъхнеши и не будеть послущяюштааго: егда аггелъ не пожидая прѣдъ очима ти станеть, врази же твои, яко облакъ, покрыють тя.

Но не медли в греховной тине. Внезапно поймешь и вздохнешь, но не будет слышащего: когда неожиданно ангел перед очами предстанет, враги твои, словно облако, скроют тебя.

 

Вънимай души своеи, яко едина ти есть, едино веремя живота и невѣдомъ коньць, и непрѣходьна пучина въздуха, и врагъ твоихъ исплънена, нѣсть же помагаюштааго, развѣ добрыихъ дѣлъ, тѣмьже всею силою своею възишти ихъ.

Внимай душе своей, ибо она одна у тебя, время жизни одно и неведом конец, и непреходима пучина воздуха, наполненного врагами твоими, и нет никого, кто спасет, кроме добрых дел, — так что всей силой твоею их и взыщи.

 

Въступи на добродѣтель стьзю, поиди скоро, да же вечеръ не постигнеть, потъштиимъ къ вратомъ града вышьняаго, не съкланяйся ни на десно, ни на шюе, да не заблудиши въ пропасти мучения.

Вступи на стезю добродетели, быстро пойди, пока не наступит вечер, подступая к вратам града вышнего, не отклоняясь ни вправо, ни влево, чтобы не заблудиться в пропасти мучений.

 

Епископомъ и пастухомъ Христова стада словесьныхъ овьць главу свою покланяй и припадай къ ногама ихъ, и моли да дасть ти ся благословление ихъ.

Пред епископами и пастырями овец словесных стада Христова голову свою преклоняй и припадай к их ногам, и моли, чтобы дали тебе благословение.

 

Прозвутеры ерея Христовы, прѣдъстателя таинѣй его тряпезѣ и дробителя тѣлу его вьсякою чьстью почьсти и съ страхъмь възирай на ня.

Пресвитеров и иереев Христовых, представителей тайной его трапезы и дробителей тела его всякою честью почти и со страхом взирай на них.

 

Таже дияконы, иподьякони, анагносты и акы служителя Божия съ вѣрою помышляй, и тъштися ниединомуже ихъ ни въ чемь же прѣгрѣшити.

Затем диаконов и иподьяконов, и чтецов как служителей Божьих: с верою думай о них, стараясь никому из них ни в чем не вредить.

 

Аште убо стояштиихъ прѣдъ земльныимь царьмь съ страхъмь чьстиши, бояся словъмь прѣрешти имъ, како убо разумѣеши о слугахъ небесьнааго царя?

Ведь если стоящих перед земным царем почитаешь во страхе, боясь и словом им противоречить, то что подумаешь ты о слугах царя небесного?

 

Въ манастыря домы святыихъ потружяйся, вижь житие и устрой чинъ и уставъ. Видѣвъ бо перебывание ихъ, окаеши свое житие и управишися отътолѣ.

В домах святых монастырей потрудись, посмотри на житье и устройство там устава и чина. Глядя на их пребывание, раскаешься в своем житье и тем исправишься потом.

 

Съ суштиимъ же въ горахъ не лѣнися, ишти молитвы, проси благословления, и аште чьто имѣеши тѣлесьныя потрѣбы, донеси имъ и приимеши душевьну потребу.

И с теми, кто пребывает в затворе, не ленись общаться, ищи их молитвы, проси благословения, а если есть что у тебя из потребы для тела, им принеси — и примешь тогда душевную помощь.

 

Паче вьсякого чьрноризьца не тъштися минути бес поклонения, аште бо знаемымъ тъкъмо покланяешися и чьстиши я, то по съдружию то есть, а не по чьсти образа сущааго на нихъ.

Но больше всего старайся, как бы не пройти мимо монаха без поклона, ибо если только одним знакомым кланяешься и чтишь их, то это только по дружбе, не из почтения к образу, ими носимому.

 

Коньць же вьсѣмь прѣжереченыимъ възлюбиши Господа отъ вьсея душя и страхъ его да пребываеть въ срдци твоемь.

В результате всего сказанного: возлюбишь Господа всею душою, и страх перед ним да пребудет в сердце твоем.

 

И правъ буди и истиньнъ, съмѣренъ, кротъкъ, покоривъ, долу поничя, умъ же къ небеси простирая, умиленъ къ Богу и къ человѣкомъ привѣтьливъ и печальнааго тѣшитель, трьпѣливъ въ напасти и ништетѣ, штедръ и милостивъ, ништиимъ кърмитель, страньноприимьникъ, скърбьнъ грѣха ради, веселъ о Бозѣ, алчьнъ буди, жядьнъ, кротъкъ, робокъ, покоренъ, неславохотьнъ, не златолюбьць, друголюбьць, негърдъ, боязнивъ прѣдъ царьмь, готовъ въ повелѣнии его, въ отъвѣтѣхъ сладъкъ, чясто молитвьникъ, разумьнъ трудьникъ къ Богу, не осудитель вьсякого человѣка, попьрьникъ и обидимыихъ нелицемѣрьнъ.

Будь и праведен, и правдив, смирен, кроток, покорен, долу склоняясь, ум простирая к небу, умилен пред Богом, а к людям приветлив, опечаленного — утешитель, терпелив в напасти и нищете, щедр и милостив, нищим кормитель, странноприимник, скорбен греха ради, весел о Боге; постись и жаждай, кроток, робок, покорен, неславолюбив, не златолюбец, но друголюбец, не горд, трепетен перед царем, готовый к его повелениям, в ответах мягок, частый молитвенник, разумный труженик Бога, не осуждающий всякого человека, защитник обиженных нелицемерный.

 

Чадо Еуаггелия, сынъ въскрьсения, наслѣдьникъ будуштая жизни о Христѣ Иисусѣ, Господи нашемь, Ему же слава, чьсть ныня и присно и въ вѣк вѣкомъ. Аминь.

Дитя Евангелия, сын воскресения, наследник будущей жизни во Христе Иисусе, Господе нашем, которому слава и честь, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

 

Наказание Исухия, презвутера Иерусалимьскаго[4]

Поучение Исихия, пресвитера Иерусалимского

 

Страхъ въину имѣй и Божию любъвь и чисто къ вьсѣмь срдце.

Всегда имей страх и любовь к Богу и чистое ко всем сердце.

 

Самого надъ собою стояшта Бога вѣруй, елькраты чьто твориши.

Что бы ты ни делал, знай, что сам Бог над тобою стоит.

 

Радуйся, егда твориши добро, нъ не высися, еда погрязение на отишьи будеть.

Радуйся, творя добро, но не возносись, чтобы не утонуть при спокойной воде.

 

Елико же въ законѣ прѣдиидеши, толико же недостаточьнъ ся съврьшеньемь вѣжь.

Знай, что насколько ты преуспеваешь в законе, настолько ты отстаешь в совершенстве.

 

Вьсякого дѣла коньць прѣдъ начялъмъ распытай дьнь и ношть, къ коньчьнуму же дни възирай въину.

Всякого дела конец перед началом его рассматривай день и ночь, и помни всегда о последнем дне.

 

Не съмѣшайся съ тѣми николиже, яже видиши хулимы от добрыхъ.

Никогда не водись с теми, кого, ты видишь, порицают хорошие.

 

Спѣши же никомуже вереда сътворити въ своемь дѣлѣ.

Старайся никому не вредить в его деле.

 

Не веселися цвьтуштими мира сего, яко травьныи бо есть цвѣтъ: елико бо имь вьрпеши, толико же увядаеть.

Не радуйся цветущему в мире сем, ибо все как цвет травный: только сорвешь — тотчас увядает.

 

Въ печяльхъ благодарьстви Бога, и ярьмъ ти грѣховьный обльгъчить ся.

В печалях благодари Бога, и ярмо грехов твоих облегчится.

 

Съмотримъ себѣ, да инѣмъ не зазираемъ, мъного бо того въ насъ, имьже то инѣмь зазираемъ.

Смотри на себя, иных не осуждая, ибо много и в нас того, что осуждаем в других.

 

Псалъмь въину да будеть въ устѣхъ твоихъ, Богъ бо мѣнимъ прогонить бѣсы.

Пусть псалом всегда будет в устах твоих, ибо Бог, поминаемый словом, прогоняет бесов.

 

Молитва ти съ трѣзвениемь да бываеть умьнымъ, да не тако молимъ ся, якоже нѣсть годѣ Богу.

Молитва твоя пусть будет с разумным смыслом, чтоб не молиться так, как неугодно Богу.

 

Въину поминай Бога, да яко небо будеть умъ твой.

Всегда поминай Бога — и будет ум твой как небо.

 

Съвяжи языкъ си: многашьды бо извѣштаеть, еже есть лѣпо таити.

Прикуси язык свой: часто он то выдает, что лучше таить.

 

Доброты своя таи, послухы же житию мъногы имѣй.

Добродетели не выставляй свои, пусть лучше будет больше свидетелей твоему житию.

 

Толико тъчью дай тѣлу, елико же трѣбуеть, не елико же похочеть.

Лишь столько дай телу, сколько требуется, но не сколько захочет.

 

Не люби питати ся, любъвь бо съ симь житьемь творить, вражьда же отъ него къ Богу плодить ся.

Не наслаждайся чрезмерно, ибо склонность к наслаждению привязывает к жизни, от нее же рождается враждебность к Богу.

 

Отъвраштай ся житийскыя радости: та бо подъплъзати ся творить, текуштиимъ на спасение свое.

Отвращайся от житейских радостей: на них поскользнется тот, кто ищет спасения вечного.

 

Елико же еси съгрѣшилъ, то стенаниемъ поминай, бываеть бо оттуду отъпуштение.

Все, в чем согрешил, со стенаньем вспоминай, это дает облегчение.

 

Потрѣбию святыихъ приобьштай ся, тѣми бо ти будеть къ Богу приобьштение.

Приобщайся служенью святым, ибо ими ты приобщишься к Богу.

 

Въ цьрквъви акы на небеси ступай, и ничьтоже въ ней не глаголи, ни помышляй земльнааго.

В церковь как в небеса ступай, в ней не болтай, не помышляй о земном.

 

Уне вьсего довълъ имѣй, уступай же Богу пешти ся о немь, да будеши въину обильнъ.

Лучше всего имей достаточное, Богу доверь заботиться о том, чтобы всегда ты пользовался изобилием.

 

Съпону твори плъти въ благыихъ трудѣхъ.

Плоти препону твори благими трудами.

 

Пий медъ помалу, елико бо е съкрачаеши, то благодѣть ти е: и незапинани творить.

Мед пей помалу, и чем меньше, тем лучше: не споткнешься.

 

Утоли гнѣвъ, бѣсу бо есть отьць, егда без мѣры исходить.

Гнев утоли, ибо отец он бесу, если без меры исходит.

 

Въ язвѣ прѣже врачя имѣй молитву.

В болезни прежде врача прибегай к молитве.

 

Попы вься единако чьти, а къ добрыимъ подвижьникомъ тьци.

Попов одинаково всех чти, а к помощи славных подвижников прибегай.

 

Люби Божия домы, Божии же домъ потъштися самъ вътворити.

Божии домы люби, и сам постарайся создать Божий дом.

 

Въ църкъвь чясти, мятежь бо ны вънѣшьнихъ свобажаеть.

В церкви часто бывай, освобождает нас это от внешних сует.

 

Егда молитву твориши, умъ си къ Богу възведи, аште же и отъпадеть, пакы и горѣ възведи.

Когда молитву творишь, ум возведи к Богу, а если сникнет, снова его вознеси ввысь.

 

Не прѣстаеть умъ, зълы помыслы ражяя — а зълыя мысли вымѣтай, а добрыя сѣй.

Не утомляется ум, злые помыслы порождая, — так выметай же злые мысли, добрые — сей.

 

Весели ся съмѣрениемь, еже бо бываеть высость съмѣрениемь, то необаряеть ся, нъ великъ есть.

Возрадуйся смирением, ибо та вусота, что от смирения, непобедима, и в этом — величие.

 

Толико тружайя ся, елико мошти начьнеши въсхластити плътьскыя похоти.

Трудись до тех пор, покуда не начнешь обуздывать плотские желанья.

 

Помышляй небесьныихъ благолѣпие добротъ, да ти о земльныихъ не будеть никоеяже похоти, и еже земльная красота не приидеть ти на умъ.

Помышляй о красоте небесного благолепия, и не будет привязанности у тебя к земному, и красота земная на ум тебе не придет.

 

Земльныя мысли — сѣмена суштя вражия, вѣруй. Яко и мысли прѣдстануть, и бѣси, иже на ны, ту абие осрамять ся.

Знай, что земные помыслы — вражие семена. Лишь оставлены эти мысли, тотчас бесы, напасть готовые, посрамятся.

 

Укланяй ся многа смѣха, раслабляеть бо душю, раслабѣвъши же отъ законъныя узды удобь исхлаштяеть ся.

Уклоняйся от частого смеха, ибо он расслабляет душу, ослабивший же узду закона становится необузданным.

 

На дѣла подобаеть душу разлучяти ти на молитвы, тако бо не обрящеть многа въхода въ ны дияволъ.

На дела следует душу направлять и на молитвы, и тогда не отыщет входа в нас дьявол.

 

Дѣло законьное мьни чьтение книжьное: егда бо умъ съ языкъмь къто хочеть ицѣлити, то въ книгы въину да зрить.

Обычным делом почитай чтение книг: ибо когда захочет кто ум с языком исцелить, пусть всегда обращается к книгам.

 

Аште на дѣло руцѣ простираеши, языкъ ти да поеть, а умъ ти да молить ся, просить бо отъ насъ Бог въину поминати его.

Когда же на дело простираешь руки, пусть язык твой поет, а ум твой молится, ведь просит нас Бог всегда о нем помнить.

 

Вьсяко дѣло молитвою печятьлѣвай — то же дѣло, о немьже ти ся умъ на двое не мутить.

Всякое дело отмечай молитвой — раздвоеньем твой ум от того не смутится.

 

Праздьный же да не ясть, и пакы слышимъ иного въ васъ бештина ходяща и ничьтоже дѣлаюшта, нъ лицемѣрьствуюштяя.

Праздный же да не ест, но снова мы видим: иные из вас бесчинно бродят, не делая ничего, но притворяясь работающими.

 

Любяй дѣло бес печали перебываеть, начало гърдыни — еже не потрудити ся съ братъмь противу силѣ; приходяшти же на дѣло — не много глаголѣмъ, на тъштание наше буди, егоже ради изыдохомъ.

Любящий труд без печали пребудет, начало гордыни — не потрудиться с близким посильно; выходя на работу — скажем, не много, но усердно выполним то, ради чего пришли.

 

Мати зъльмъ — лѣность: доброты бо, яже имаши, крадеть, а ихъже не имаши — не дасть обрѣсти.

Мать пороков — леность: добродетели, если есть, украдет, а которых нет — не даст обрести.

 

Аште хочеши, да ти будеть ручьное дѣло ти божъствьно, а не земльно — то да ти буде обьче съ убогыми.

Если хочешь, чтобы дело рук твоих божественным было, а не земным — пусть будет делом с убогими вместе.

 

Радуй ся о молитвахъ святыихъ мужь. И поистиннѣ суштя святы отъ дѣлъ распытай: кое бо овоште отъ плода познавается.

Радуйся о молитвах святых мужей. Святых познавай по делам их: всякий овощь по плодам познается,

 

Безълобие твори сьрдьцьмь, а чистоту тѣлъмь; то бо обое сътворить тя Божию цьркъвь тѣлесьную.

Беззлобен будь сердцем, а телом чист; то и другое составит в тебе Божью церковь телесную.

 

<...>

<...>

 

Егда тя оклеветають, разумѣй, еда е чьто до тебе въ клеветѣ той, аште ли нѣсть, то мни акы дымъ расходяшту ся клевету.

Когда тебя оклевещут, подумай, что в клевете справедливо, и если нет ничего, уподобь клевету исчезающему дыму.

 

Егда обидимъ еси, подъбѣгай къ трьпѣнию, и трьпѣние твое врѣдить обидяща тя и устроить.

Когда обижают тебя, прибегай к терпению, и твое терпение поразит обидчика твоего и все устроит.

 

Егда богатьство или славу видиши, помышляй тьлѣньныихъ вьсе, и убѣжиши уды жития сего.

Когда богатство или славу предвидишь, вспомни, что тленно все, и тем избежишь крючка жизни сей.

 

Тьрпи скърби, въ скърбьхъ бо доброты цвьтуть, акы въ трьньи цвѣтьци.

Терпи несчастья, ибо в несчастьях цветут добродетели, точно в терниях цветы.

 

Плачи ся грѣшьника въ обильи живуштя, мечь бо си судьный готоваеть.

Оплачь же грешника, в богатстве живущего, ибо судный меч на себя готовит.

 

Егда къто зъло творя, и не стыдить ся о немь — отяжьчя бо ему струпы, и въ отьчаяние приходить уже.

Если кто-то, зло творя, за него не стыдится — тяжки его раны, безнадежен становится он.

 

Елишьды въстужиши, помысли, колико ти правьдьныимь приходить пакостии — и приидеть ти даръ его.

Как часто ни будешь ты в горести, подумай, сколько праведникам насылалось бед — и прибудет тебе их талант.

 

Подобаеть быти всякому хрьстьянину съмѣрену, а еже къ овѣмъ съмѣрити ся, а къ овѣмь ни, — то лицемѣрьныихъ то есть съмѣрение.

Каждому христианину надлежит смирение, если же пред одним смиряться, а пред другим нет, — это смирение лицемерных.

 

Не бесѣдуй съ зълыими, они бо поучяють тя на зълое, а съ приобьштениемь ихъ грѣха того приобьштиши ся.

Не разговаривай со злыми, ибо они поучают тебя на злое, и с приближением к ним их же греху приобщишься.

 

Послушяти присно и глаголати съ добрыими поспѣвай, на рать бо благу душу подвизають.

Слушать добрых всегда и беседовать с ними старайся, ибо они подвигают на битву добрую душу.

 

Цьркъвь домашьнюю къжьдо насъ имѣй умъ свой, да творити подобьно ны есть въ ней законы црквьныя.

Как церковь домашнюю каждый из нас имеет свой ум, чтоб исполнять в ней потребные церкви законы.

 

Зълобу тъгда възненавидиши, егда разумѣеши, яко — бѣсовьскъ то есть нож, на ны обостренъ.

Тогда возненавидишь порок, когда поймешь, что он — нож беса, на нас наточенный.

 

Егда съ святыими бесѣдуеши, въпрашай ихъ о духовьнѣмь, егда ли не съ тацѣми, то ты самъ духовьнѣ бесѣдуй.

Когда со святыми беседуешь, вопрошай их о духовном, а когда не с ними, то сам о духовном беседуй.

 

Иже слабо живеть, то того не приводи на съвѣтъ, и иже бо ся о зълѣ радуеть, то тъ ненавидить добра и съвѣта о томь не хочеть дѣяти.

Кто не твердо живет, с тем не советуйся, а кто злому радуется, тот ненавидит добро и совета о нем не захочет дать.

 

Аште хочеши мучьныя болѣзни гонезнути, то никогоже не оклеветай, ни осужай: о томь бо Божьство паче вьсего гнѣваеть ся.

Если хочешь избежать вечной муки, никого не осуждай и не клевещи ни на кого: за это Бог больше всего и гневается.

 

Аште хоштеши вьсякого грѣха боли быти, чюжихъ испытай: много бо того есть въ тебѣ, имьже то иному зазираемъ.

Хочешь подняться выше любого греха, вглядись в других: ибо много такого в тебе, что в другом осуждаем.

 

Бѣжи величанья, о человѣче, аште и великъ еси: еда Бога отъмештюшта ся, тебе обряштеши?

Избегай надменности, человек, даже если ты и велик: удаляясь от Бога, себя обрящешь ли?

 

Люби съмѣрение, аште и великъ еси, да въ дьнь съкончянья възвышенъ будеши.

Возлюби смирение, даже если ты и велик, чтоб в день последний тебя возвысили.

 

Не похули чловѣка николиже — и похуления не приимеши въ всемь животѣ своемь.

Не осуждай никогда человека — и не будешь осужден в этой жизни.

 

Егда въ цьркъвь идеши, не глуми ся пустошьныими, иже бо стоять прѣдъ кънязьмь, то ни смѣють ся, ни глумять ся.

Когда идешь в церковь, пустяками не развлекайся, ведь когда стоят перед князем, не смеются, не потешаются.

 

Не посмѣйся чюжему падению, да самъ скоро падъ смѣху будеши, отъ нихъже не хочеши.

Не смейся над чужим падением, иначе и сам скоро, пав, высмеян будешь теми, от кого не хочешь насмешки.

 

Храни учения си — да вѣньця славы подадять ти ся.

Сохраняй все это учение — и пребудешь в венце славы.

 

Буди дьржявьливъ заповѣдьмъ симъ — да сътворять тя славьна въ чловѣцѣхъ и угодьна к Богу, тако бо славить ся Божьство, и тацѣми исправленьи въгодити есть Богу.

Твердо следуй этим заповедям — и сотворят тебя славным среди людей и Богу угодным, ибо славится так Божество, и этим можно ему угодить.

 

Тако подобаеть хотяштууму безъистьлѣньно житие жити, и ни въ чьтоже мѣнити тьлѣемыихъ.

Подобает так жить и идущему к вечной жизни, ни во что вменяя тленное.

 

Аште истовыя жизни жядиши, то присно съмрьти чяй чловѣчьскы.

И, если чаешь истинной жизни, всегда ожидай смерть человеческую.

 

Ненавиди настояштяя сея жизни, видиши бо ю, акы коло валяще ся.

Возненавидь эту жизнь, ибо видишь, что вертится колесом она.

 

Вьсего паче почьсти душу — да добрыи ти трудъ без болѣзни творить ся.

И выше всего почитай свою душу: славный труд и без устали она для тебя совершает.

 

Вьсе бо сьде тьлѣньно, душя же едина бес тьля, чтити убо подобаеть бестьлѣньное паче тьлѣньнааго.

Все здесь тленно, и только душа нетленна, а чтить подобает нетленное больше, чем тленное.

 

Не проси у Господа славьныихъ, нъ точию пользьнааго проси: оного бо аште и просяшти, то не дасть, аште ли и дасть, то истьлѣеть.

Не проси у Господа славного, но проси лишь полезного: ведь славного даже попросишь — не даст, а если и даст, оно истлеет.

 

Не весели ся о богатьствѣ, печяли бо его отълучяють ны отъ Бога, аште и не хочемъ.

Не радуйся о богатстве, ибо его печали удаляют от Бога, даже если и не хотим этого.

 

Николиже не прѣзьри убога плачюштя ся — да не прѣзьримы будуть сльзы мольбы твоея.

Не отвергай никогда убогого, который плачет, — и не отринутся слезы молений твоих.

 

Отътязати ся подобаеть пияньства, въ немь бо по истверезении стенание и каязнь бываеть.

Воздержаться нужно от пьянства, ведь за отрезвлением следуют стоны и раскаяние.

 

Помыслъ плътолюбивыих уне гнушяти ся, тьлять бо душу и плъть осквьрняють.

Помыслов сластолюбивых лучше гнушаться, ибо они растлевают душу и плоть оскверняют.

 

И земльное бес труда добро не творить ся, да почьто благословленаго ради труда укланяемъ ся?

И земное добро без труда не творится, отчего же избегаем труда благословенного?

 

Аште хочеши бес труда добро творити, то поминай, яко трудъ малогодьнъ есть, а мьзда вѣчьная.

Если хочешь без труда добро творить, помни, что труд этот временный, а награда вечная.

 

Святъ есть домъ мольбьныи, имьже святыи свято намъ ведеть.

Свят дом молебный, потому что свято святое приводит к нам.

 

Аште сѣеши ништиимъ въ руцѣ, то не чюже сѣй, нъ свое: небонъ чюже сѣмя половела горчѣе.

Если сеешь нищим в руки, сей не чужое, но свое: ибо чужое семя горьче плевела.

 

Аште небесьныихъ желаеши, то ненавиди земльныихъ, не дадять бо си къ онѣмъ възлѣтати.

Если стремишься к небесному, отринь земное, ибо не даст оно ввысь воспарить.

 

Матери благынямъ си суть чистота и милостыни: да нѣльзѣ ни бес тоя, ни бе-сея къ Христу воиньствовати.

Мать благого — чистота и милостыня: ни без той, ни без этой нельзя Христу послужить.

 

Не обиди милостыня и любъве: та бо благааго Бога съ небесе съведе.

Не пренебрегай ни любовью, ни милостыней: это они к нам благого Бога с небес свели.

 

Не прѣзри чистотьныихъ съсудъ, Творьца бо въплъштена чловѣкомъ показа.

Не презирай и сосуда непорочного, ибо Творца во плоти представил он людям.

 

Не хошти богатѣти зѣло ни славити ся: тьля бо то есть, а мы нѣсмь тьлѣньни.

Не пожелай чрезмерно ни богатеть, ни славиться, ибо все это тленно, мы же — нетленны.

 

Надъ мрьтвыимь не плачи, нъ надъ несъмысльныимь: онъ бо обьшть путь, а се своя воля.

Не над мертвым плачь, над неразумным, ибо тому общий для всех путь, а у этого своя воля.

 

Съгрѣшаюштааго плачи, а не убожаюштааго: вѣньчяти бо ся имать сий, а онъ — мучити.

Оплакивай грешащего, а не убогого, ибо этого ждет венец, а того — мучение.

 

Глаголи къ Богу много, а къ человѣкомъ мало, поушчениемъ же законьныимь исправляй обою.

Говори Богу много, а людям мало, требованиям же закона следуй и там и тут.

 

Омывание души — благомолитвьная сльза, нъ по мольбѣ помяни, чьсо ради ся еси просльзилъ.

Омовение души — благомолитвенная слеза, но после молений припомни, ради чего прослезился.

 

Богатыихъ жития сего не блажи, сильнии бо сильнѣе испытаеми будуть, тѣмьже ти Судию пристрашьна имуть имѣти.

Не завидуй жизни богатых, у сильных сильней испытания будут и тем страшнее их Судия.

 

Аште сами судимъ си — то и Суди ны укротить ся, радуеть бо ся; яко Благъ видя грѣшьника, беремя си распраштяюштя.

Если сами себя осудим — и Судия не прогневается, ибо радуется Благой, видя грешника, бремя свое бросающего.

 

Якоже бѣдьно въ путѣ ристати, такоже и обязавъшюму ся симь житиемь бѣдьно тешти на небеса.

Как тяжко в путах состязаться, так и повязанному этой жизнью тяжело восходить на небеса.

 

Вьсе дѣло зъло възуштяеть диавола, вьзуштенъ же бывъ, горьцѣ на възуштенааго обраштяеть ся.

Всякое дело порочное возбуждает дьявола, и он, возбужденный, свирепо на возбудившего поднимается.

 

Аште хочеши врага ои немоштьна сътворити, то грѣхы си умаляй — и, опѣшенъ отъ крылу, акы птиця играемъ и смѣху будеть тобою.

Если хочешь врага сделать немощным, то свои уменьшай грехи — и, как птица, лишенная крыльев, станет он смеха достоин.

 

Горе хульнику, съвяжеть бо ся ему языкъ и не мошти начьнеть къ судии отвѣщати.

Горе хулителю, ибо запнется его язык и не сможет отвечать Судии.

 

Горе нечьстивуму, егда бо вьси просвѣтять ся, тогда онъ помрачить ся злѣ.

Горе нечестивому, ибо когда просветятся все, он особенно помрачится.

 

Горе безаконьнику, къ суди бо яру и правьдивуму придеть.

Горе беззаконнику, ибо к Судье яростному и праведному приступит.

 

Горе лихоимьцю, богатьство бо его отъбѣжить, а огнь и прииметь.

Горе лихоимцу, ибо богатство покинет его, а огонь его примет.

 

Горе ленивому, станет искать, неправѣдьно погубивъ, но ничего не обрящетъ.

Горе ленивому, ибо станет искать, неправедно погубив, но ничего не обрящет.

 

Горе блудьнику, осквьрняеть бо ризу невѣстьнику, да и — царьства брака съ студъмь изгънанъ будеть.

Горе блудному, ибо оскверняет ризу жениха, — пусть из царства брака со стыдом будет изгнан.

 

Путь же съмьрти есть въ дѣлѣхъ зълыихъ разумѣваемъ, въ томь бо есть невѣдѣние Бога, имьже бываеть блудъ и разбой, и прочяя зълая дѣла.

Путь к смерти в делах порочных мы видим, в нем неведенье Бога, а таковыми бывают блуд, и разбой, и прочие злые дела.

 

Прѣмудрость Исусова, сына Сирахова[5]

Премудрость Иисуса, сына Сирахова

 

Вьсяка мудрость отъ Господа и съ нимь есть въ вѣкы: пѣсъка морьскааго и капля дъждевьныя, Господьни вѣкъ къто иштьтеть?

Всякая мудрость от Господа и с ним во веки: песок морской и капли дождя, и веки Господни кто исчислит?

 

Прѣмудрость кто ислѣдить, корень прѣмудрости кому отъкрыся, и разумъ ея кто разумѣ?

Кто исследует премудрость, корень премудрости кому открылся, и смысл ее кто уразумел?

 

Единъ есть прѣмудръ страшьнъ зѣло, сѣдяй на прѣстоле своемь Господь самъ създалъ ю видѣ и иштьте ю, и пролия ю на вьсѣхъ дѣлѣхъ своихъ, и даровалъ ю любяштиимъ его.

Один лишь премудр и грозен весьма, на престоле своем сидящий Господь, который создал ее и увидел, и исчислил ее, и пролил ее на все дела свои, и даровал ее всем, кто любит Его.

 

Зачало прѣмудрости — страхъ Господень, страхъ Господень — слава и похвала, и веселье — и вѣньць радости.

Начало премудрости — страх Господень, страх Господень — слава и похвала, и веселье — венец радости.

 

Страхъ Господень възвеселить сьрдьце и дасть веселие и дългодьние.

Страх Господень порадует сердце, даст веселие и долголетие.

 

Бояштяму ся Господа благо будеть напослѣдъкъ, и въ дьнь съконьчяния своего благословленъ будеть.

Страшащемуся Господа благо будет в конце, и в день кончины своей благословен он будет.

 

Мъножьство мудрости — бояти ся Господа: и напаяеть ся отъ плодъ своихъ, вьсь домъ свой испълнить желания, и житьниця отъ жить своихъ.

Великая мудрость — страшиться Господа: насыщается тот от плодов своих, весь дом свой наполнит желаемым и житницы житом своим.

 

Вѣньць прѣмудрости — бояти ся Господа: страхъ Господень процвитая миръ и съдравие и ицѣление.

Венец мудрости — страшиться Господа: страх Господень мир украшает, здоровье дает и исцеление.

 

Въжделѣвъ прѣмудрости, съблюди заповѣди, и Господь дастъ ти ю, прѣмудрость бо и наказание — страхъ Господень и благословление, вѣра и кротость.

Возжелав премудрости, соблюдай заповеди, и ее тебе даст Господь, ибо премудрость и поучение — страх Господень, благословение, вера и кротость.

 

Не съкрыва прѣмудрости своея, словъмь бо познана будеть прѣмудрость твоя.

Не скрывай своей мудрости, ибо по словам узнают премудрость твою.

 

Не можеть ярость неправьдьна оправьдити ся, чясъ бо ярости его — падение ему.

Не может неправедный гнев быть оправдан, ибо миг ярости его — его падение.

 

До врѣмене сътрьпить дълготрьпѣливый — и напослѣдъкъ дасть веселие; до врѣмене съкрыеть словеса своя прѣмудрый.

До конца вытерпит терпеливый — и напоследок получит радость; до конца утаит слова свои мудрый.

 

Не вьзнеси себе — да не отъпадеши, и наведеши на душу свою бештьстие, и отъкрыеть Господь тайны твоя, и посредѣ съньма низъложить тя.

Не возносись — и не согрешишь, иначе нанесешь душе своей бесчестие, и тогда откроет Господь тайны твои и среди всех обличит тебя.

 

Чядо, аште приступаеши работати Господеви, то уготови душю своя въ напасти, управи сьрдьце свое и сътьрпи, и не тъштися въ врѣмя наведения.

Чадо, если приступишь к служению Господу, то приготовь свою душу к напастям, обуздай свое сердце и претерпи, и не смущайся во время бед.

 

Вьсе, елико нанесено ти будеть, — приими съ съмѣрениемь, дълго трьпи: яко огньмь искушено бываеть злато, а чловѣци приятьни въ веремя съмѣрения. Вѣруй ему — и заступить тя, и до времене потрьпи трьпѣниемь — и послѣжде ти дасть веселие. И устьны мъногыихъ исповѣдять съмыслъ его, и въ недузѣ своемь не прѣзри.

Все, что обрушится на тебя, — прими со смирением и терпением: как огнем очищается золото, так и люди в порыве смирения. Веруй ему — и тебя защитит, до времени потерпи в смирении — и даст тебе радость потом. И устами многих раскроется смысл его, и в немощи своей не отвергай.

 

Нъ помоли ся Господеви, и исцѣлить тя, отъложи прѣгрѣшения и управи руку, и отъ всякого грѣха очисти срдьце.

Но помолись Господу, и исцелит тебя, отложи прегрешения и протяни руку, от всякого греха очисти сердце.

 

Бояштеи ся Господа, вѣруйте ему — и не отъпадеть мьзда ваша.

Страшащиеся Господа, веруйте в него — и не пропадет вам награда.

 

Бояштеи ся Господа надѣйте ся на благая, възьрите на пьрвыя роды и видите: кто вѣровавъ Господеви, постыдѣся? или кто, пребы въ страсѣ Его — оставленъ бысть? или къто призъва и´ — и прѣзьрѣнъ бысть? — зане штедръ и милостивъ Господь и оставить грѣхы, и спасаеть въ врѣмя печали.

Страшащиеся Господа, надейтесь на лучшее, взгляните на прежние роды и увидите: кто, веруя в Господа, постыдился? или кто страшился его — и оставлен был? или кто призвал его — и забыт был? — ведь щедр Господь и милостив, и простит нам грехи наши, и спасет во время печали.

 

Горе грѣшьнику, находяштю на два пути.

Горе грешнику, вступившему на два пути.

 

Горе сьрдьцю, ослаблену, яко не вѣруеть.

Горе сердцу, ослабленному в неверии.

 

Горе вамъ, погубивъшиимъ трьпение — и чьто сътворите, егда посѣтить Господь?

Горе вам, потерявшим терпение — как поступите вы, когда явится наш Господь?

 

Бояштеи ся Господа и не противять ся глаголомъ Его и прѣдъ Нимь съмѣрять душа своя.

Страшащиеся Господа не противятся словам его и пред ним смиряют души свои.

 

Да въпадемъ ся въ руцѣ Господни, а не въ руцѣ чловѣкъ: яко величие Его, тако и милость Его.

Пусть впадем мы в руки Господни, а не в руки человеков: каково величье его, такова и милость его.

 

Мене, отьця, послушайте, чада, и сице творите — да съпасете ся.

Выслушайте же, чада, меня, отца, и поступайте так — и спасетесь.

 

Не прѣрѣкуй противу истинѣ и о ненаказаньи своемь срамляй ся.

Не борись против истины и невежества своего стыдись.

 

Не постыди ся исповѣдати грѣхы своя, и не стани противу быстринѣ рѣчьнѣй, и не покори себе мужю безумьну, и не обини ся лиця сильнааго. До съмрьти противи ся по истинѣ, и Господь Богъ побореть по тебѣ.

Не стыдись исповедать грехи свои, не иди против речного течения, не поддавайся неразумному и не восстань против сильного. До смерти сражайся за истину, и Господь Бог защитит тебя.

 

Не рьци: «Много съгрѣшихъ, и чьто ми бысть?» — Господь бо тьрпѣливъ есть и оцѣштение бестраха не буди приложити грѣхы на гръхы; и не рьци: «Штедрота Его мънога есть, и мъножьство грѣхъ моихъ оцѣстить» — милость бо и гнѣвъ у него есть, и на грѣшьницѣхъ прѣстанеть ярость Его.

Не говори: «Согрешил я много, так что мне будет?» — ибо Господь терпелив и простит тебя, если не станешь прикладывать ко грехам грехи; и не говори: «Щедрость его велика, и много грехов моих он простит» — ибо есть у него и милость, и гнев, и на грешников ляжет ярость его.

 

Не буди скоръ языкъмь своимь, и лѣнивъ и слабъ въ дѣлѣхъ своихъ.

Не будь скор на язык свой и медлен и слаб на дела свои.

 

Не буди яко львъ въ дому своемь и величяя ся въ рабѣхъ своихъ.

Не будь львом в доме своем, кичась пред рабами своими.

 

Не буди рука твоя простьрта на възятие, а на даяние съгъбена.

Пусть не будет рука твоя протянута, чтобы взять, а если дать, то согнута.

 

Не належи имъньи своемь и не рьци: довъльно ми есть.

Не полагайся на богатство свое и не говори: довольно мне.

 

Не ходи въ слѣдъ душа своея и не рьци: «Кто мя прѣможеть?» — Господь бо мьстяй мьстить ти.

Не следуй душе своей и не тверди: «Кто меня осилит?» — ибо мстящий Господь отомстит тебе.

 

Не жьди обратити ся къ Богу и не отълагай дьнь отъ дне, напрасно бо изидеть гнѣвъ Господень, и въ врѣмя мьсти погыбнеши.

Не жди удобного времени, чтобы обратиться к Богу, откладывая это со дня на день, ибо нежданно изыдет Господень гнев и от мести погибнешь.

 

Не належи имѣньи неправьдьныихъ, никакояже ти польза сътворить въ днь наведения.

Не полагайся на неправедное богатство, не поможет тебе в день Судный.

 

Не ходи вьсяцѣмь путьмь съ грѣшьникъмь и дъвоязычьникъмь.

Никаким путем не иди ни с грешником, ни с обманщиком.

 

Буди утвьрженъ въ разумѣ своемь, и едино буди слово твое.

Утвердись в мысли твоей, и верным пусть будет слово твое.

 

Буди скоръ въ послушянии своемь, длъготьрпѣниемь отъвѣштавай отъвѣтъ, аште есть въ тебѣ разумъ — то отъвѣштяй искрьнюму, аште ли же нѣсть — то рука твоя буди на устѣхъ твоихъ: яко слава и бештьстие — въ бесѣдѣ и языкъ человѣчь — падение ему есть.

Внимательно вслушиваясь, обдуманно отвечай, и если умный готов у тебя ответ — отвечай собеседнику, если же нет — возложи руку твою на уста твои: и слава и бесчестие — в разговоре, и язык человека — враг его.

 

Не слови шьпътникъ и языкъмь своимь не лукуй, зазоръ бо зълъ на иноязычьнѣмь.

Сплетником не слыви и языком своим не лукавь, ибо великий позор клеветникам.

 

О велицѣ и о малѣ не разумѣвай, и въ друга мѣсто не буди врагъ: имя бо лукаво поношение наслѣдить, тако и грѣшьный и дъвоязычыи.

В малое и великое не вникай, и из друга не становись врагом: ведь имя лукавца заслужит презрение, как грешника и обманщика.

 

Душя лукава погубить сътворьшааго и´, и радости врагомъ своимъ сътворить.

Душа обманщика погубит обманувшего, и радость врагам своим он тем доставит.

 

Грътанъ сладъкъ умножить другы, и языкъ доброглаголивъ умъножить добру бесѣду.

Сладость в гортани умножит друзей, а красноречивый язык — добрую беседу.

 

Съмиряюштии ся съ тобою да будуть мнози, съвѣтьници же твои — одинъ отъ тысушть.

В союзе с тобою пусть будут многие, советником же твоим — один из тысячи.

 

Аште сътвориши друга, то въ напастьхъ си и сътвори и, и не скоро увѣри ся ему.

Если изберешь себе друга, то только в несчастьях, и притом не сразу доверься ему.

 

Есть бо другъ въ врѣмя радости и не прѣбудеть въ днь печали твоея: и отъ другъ прѣмѣнуя ся и бывая врагъ, и сваръ поношения твоего отъкрыеть.

Ибо есть друг на время радости, он не останется в день печали твоей: и из друзей превратясь во врага, брань оскорблений на тебя низвергнет.

 

И есть другъ, тряпезамъ обьштьникъ, и не прѣбудеть въ днь скърби ти, а и въ добрѣ твоемь будеть якоже и ты, и на рабы твоя простьретъ ся, а аште съмѣренъ будеши, то и на тя будеть, и отъ лиця твоего съкрыеться. Отъ другъ своихъ отълучи ся и отъ другъ своихъ вънимай.

А есть друг — соучастник в пирах, не будет его в день скорби твоей, но в богатстве твоем останется при тебе, и к рабам твоим потянется, а если кротко это снесешь, и против тебя поднимется и от лица твоего скроется. От друзей своих отрекись — и к друзьям своим прислушайся.

 

Другъ вѣрьнъ — кровъ крѣпъкъ, обрѣтый же его обрѣте съкровиште: другъ вѣрьнъ — утѣха житию.

Верный друг — защита твердая, и обретший его обрел сокровище: верный друг — утешение жизни.

 

Бояштеи ся Господа обряштють его.

Страшащиеся Господа его обретут.

 

Чядо, отъ уности своея избери наказание и до сѣдины обряштеши мудрость.

Чадо, в юности предпочти науку — и тогда до седин обретешь премудрость.

 

Якоже оряй и якоже сѣяй, тако приступи къ ней и жиди благыихъ плодъ ея.

И как пашущий и как сеющий, приступи к ней так и ожидай благих плодов ее.

 

Въ дѣланьи бо ея мало потрудиши ся и скоро имаши ясти отъ житъ ея благая.

В работе над ней даже если мало потрудишься, но скоро будешь есть от плодов ее.

 

Прѣмудрость бо имя ея есть, и не многыимъ есть явлена.

Ибо мудрость имя ее, и не многим она является.

 

Слыши, чадо, и сътвори волю мою, и не отъверзи съвѣта моего, и въведи нозѣ свои въ пута ея, и въ гривьну ея — выю свою, подъложи рамо свое и поноси ю — и да не будуть узъкы узы ея.

Слушай, чадо, и соверши мою волю, и не отвергни совета моего, и вложи ноги твои в путы ее, и в колодку ее вложи шею, подставь плечо свое и неси ее — и пусть не будут тесными узы ее.

 

Вьсею душею своею приступи къ ней, и вьсею силою своею съблюди пути ея, ислѣди и изишти и познана ти будеть, и самъ ся за ню не оставиши, напослѣдъкъ бо обрящеши покой ея, и обратить ти ся на веселие. И будуть ти пута ея на покровъ крѣпости, и гривьны ея на одѣние славы, красота бо злата есть на ней, и узы ея — извитье камене драгааго.

Всею душою своею приступи к ней, и всею силой своей исполни пути ее, исследуй и взыскуй — и познаешь ее, и сам уж ее не оставишь и наконец обретешь с ней покой, и обратится в радость тебе. И станут путы ее покровом твердости, и колодки ее одеждой славы, ибо золота блеск на ней и узы ее — ожерелье из драгоценных камней.

 

Въ одеждю славы облѣчеши ся ею и вѣньць радости възложиши на ся.

В одежды славы облечешься ею и венец радости на себя возложишь.

 

Аште въсхоштеши, чадо, наказанъ будеши, и аще въдаси душю свою — то разумьнъ будеши, и аште възлюбиши слышяти — то поживеши, и аште приклониши ухо свое — то мудръ будеши.

Если захочешь, чадо, научишься, и если вложишь душу свою — будешь разумен, и если полюбишь слушать — всё получишь, и если преклонишь ухо свое — станешь мудрым.

 

Чадо, въ мъножьствѣ старьць станн и аште къто е прѣмудръ, томь ся прилѣпи, вьсяку повѣсть въсхочи слышяти, и притъчя разума не убѣжить тебе.

Чадо, средь множества старцев встань и выбери самого мудрого, к нему подойди и все, что скажет, выслушай, и тайны разума не избегут тебя.

 

Яште узьриши разумива, то утрьнюй къ нему, и степени двьрий его да тьреть нога твоя.

Если встретишь разумного, то поспеши до света к нему, и ступени крыльца его пусть сотрет нога твоя.

 

Не твори зъла, да не постигнеть тебе зъло, отъступи отъ неправьды и уклонить ся отъ тебе.

Не делай зла, и не постигнет тебя зло, отступи от неправды — и отойдет от тебя.

 

Сыне, не сѣй на браздахъ неправьды — и не пожьнеши ихъ седмерицею.

Сын, не сей на межах неправды — и не пожнешь ее семикратно.

 

Не проси у Господа владычьства, ни у князя сѣдалища славьна.

Не проси ни у Господа власти, ни у князя места почетного.

 

Не оправьдай себе прѣдъ Богъмь и паче цесаря не прѣмудряй ся.

Не оправдывайся перед Богом и больше царя не мудрствуй.

 

Не ишти да буди судии, еда не мошти начьнеши неправьды отълучити, еда како убоиши ся отъ лица сильнааго и положиши блазнъ въ правости своеи.

Не старайся выйти в судьи: вдруг не сумеешь побороть неправду, вдруг устрашишься лица владыки и слукавишь в своем правосудии.

 

Не съгрѣшай въ мъножьствѣ граду, ни низъложи себе въ народѣ.

Не согрешай перед множеством сограждан, не изобличай себя перед толпой.

 

Не сътвори дъвоици грѣха — в одинѣмъ бо повиньнъ будеши.

Не сотвори греха дважды — уже в одном виновен.

 

Не ругай ся чловѣку въ горести душя его сушти: есть бо съмѣряяй и въносяй.

Не насмехайся над человеком, в горести пребывающим: ибо есть смиряющий и возносящий.

 

Не глаголи на брата неправьды, ни другу того сътвори, еже ти себѣ не <хоштеши>.

Не изрекай лжи на брата, и другу не сотвори того, чего для себя не хочешь.

 

Не въсхотѣи лъгати вьсякоя лъжа, воиньство бо ея не благо.

Не пожелай и лгать бесконечной ложью, ибо ее постоянство — не благо.

 

Не примѣшай себе множьства грѣшьникъ, помяни, яко гнѣвъ Господень не замьдлить.

Не смешай себя со множеством грешников, помня, что гнев Господенъ не замедлит.

 

Не измѣни друга различия дѣля, ни брата приснааго злата дѣля и камене драгааго.

Не меняй друзей разнообразия ради, и брата родного ради золота и драгоценного камня.

 

Не лиши ся жены мудры и благы: благодѣть бо ея есть паче злата.

Не бросай жены мудрой и доброй: ведь ее благодать дороже золота.

 

Не озълоби раба, дѣлаюшта въ истину, ни наимьника, дѣлаюшта душею своею.

Не оскорби раба, работающего старательно, ни работника, трудящегося с душою.

 

Раба разумива да любить душя твоя и не лиши его свободы.

Раба разумного пусть возлюбит душа твоя, не лиши его свободы.

 

Су ли ти чада, то наказай я и прѣклони отъ уности выя ихъ.

Если есть у тебя дети, их поучая, склони уже с юности шеи их.

 

Су ли ти дъштери, то вънимай тѣлесьмъ ихъ и не утишяй к нимъ лиця своего.

Если есть у тебя дочери, заботься о теле их, и не оставляй их своим вниманием.

 

Въдай дъштерь — и будеши съвьршилъ дѣло велико, и мужеви разумиву въдай ю.

Выдай дочь — и совершишь великое дело, только мужу разумному отдай ее.

 

Е ли ти жена душевьна, то не изгони ея, и ненавидяшти тебе — не вѣруй еи.

Если есть у тебя жена душевная — не выгоняй ее, а ненавидит тебя — так не верь ей.

 

Вьсѣмь сьрдьцьмь своимь прослави отьця своего, и матерьня болѣзни не забуди, помяни, яко тѣма рожденъ еси, ничьто има въздалъ еси, якоже та тебѣ.

Всем сердцем своим восхвали отца своего, и про материнские не забудь муки, помни, что ими рожден, и ничем не воздал им так, как они тебе.

 

Вьсею душею своею работай Господеви, иереомъ его покаряйся; вьсею душею своею възлюби Сътворьшааго тя и служитель его не оставляй.

Всею душою своей послужи Господу, иереям его покоряйся; всею душою своею возлюби Сотворившего тебя и служителей его не оставляй.

 

Бой ся Господа и прослави иерѣя, и дай часть его, якоже ти есть заповѣдалъ Господь начатъкы о съгрѣшениихъ и жьртву святыня. Ништиимъ простьри руку свою, да съвьршить ся благословление и благодать даяния прѣдъ вьсяцѣмъ живъмъ.

Бойся Господа и почти иерея, отдай долю его, как заповедал Господь, начав с согрешивших и принесших святую жертву. Нищим протяни ты руку свою, чтобы совершилось благословение и благодать даяния перед всяким живым.

 

И надъ мрьтвьци не възбрани благодѣти и не лиши ся отъ плачюштиихъ ся, и съ желѣюштиими сѣтуй и не лиши ся посѣштяющихъ, — сими бо възлюбленъ будеши.

И над мертвым не откажись сидеть, не уходи от плачущих, и с печальными сетуй и не оставь посещающих, — всеми ими возлюблен будешь.

 

Въ всѣхъ словесьхъ своихъ поминай послѣдьняя своя и Судъ страшьный — и въ вѣкы не съгрѣшиши.

Во всех словах своих помни о конце света и Страшном суде — и не согрешишь во веки.

 

Не свари ся съ чловѣкъмь сильнъмъ, еда како въпадеши въ руцѣ его.

Не бранись с человеком могущественным, не то попадешь к нему в руки.

 

Не тишти ся с чловѣкъмь сильнъмь, еда како отягьчить ти мѣру: многы бо погубило есть злато, и сърдьца нъ на земъ уклонило.

Не спорь с человеком могущественным, не то умножит тебе забот: многих сгубило золото и сердца до земли свалило.

 

Не свари ся съ чловѣкъмь язычьныъмъ, и не накладай на огнь его дровъ.

Не бранись с человеком бранчливым, не подкладывай дров в огонь его слов.

 

Не играй съ ненаказаныимь — да не приимуть бештьстия прадѣди твои.

Не глумись над невеждой — и не примут бесчестья предки твои.

 

Не безъчьствуй чловѣка въ старости его: и отъ насъ бо състарѣются.

Не бесчесть человека в старости его: и от нас ведь состареваются.

 

Не радуй ся о умьръшиихъ, помяни, яко вьси умираемъ.

Не радуйся об умерших, помни, что все умрем.

 

Не прѣзьри повѣстий мудрыихъ и въ притъчахъ ихъ живи, яко отъ нихъ навыкнеши наказание и послужиши вельможамъ.

Не отврати объяснений мудрых и по поучениям их живи, потому что из них и наставление получишь и послужишь вельможам.

 

Не отъступай отъ повѣстий старьчь, и ти бо навъкли суть отъ отьць своихъ, да навыкнеши отъ нихъ и ты разуму, и въ врѣмя подобьно въдаяти отвѣтъ.

Не отступись от заветов старцев, ведь и те восприняли их от отцов своих, наберись и ты из них разума, чтобы в нужное время дать ответ.

 

Не дай чловѣку крѣпльшу тебе въ заимъ, аште ли въдаси бо ему въ заимъ — то будеши яко и погубивъ е.

Не давай взаймы человеку, который тебя сильнее, ибо если дашь ему что взаймы, считай, что сгубил это.

 

Не поручяй ся выше силы своея, и аште поручиши ся, то пьци ся, яко и въдаяи.

Не поручайся сверх своих возможностей, а поручился — отвечай, как и дающий.

 

Не свари ся съ судиею по прежѣ бо судять ему.

Не ссорься с судьею прежде, чем он рассудит тебя.

 

О звании сильныихъ

О приглашении со стороны сильных

 

Егда тя призоветь сильный — то отъступай, и егда паче призоветь тя — то не нападай, да не отъринеши себе, и не стани далече — да не забъвенъ будеши.

Когда призовет тебя сильный — отступи, если и снова тебя призовет, не приближайся — и не отвергнут тебя, однако не стой далеко — и не будешь забыт.

 

Не належи равьнъ быти съ нимь и не вѣруй мъногыимь словесьмъ его, мъногою бо бесѣдою искусить тя; и яко смѣяти ся испытаеть тя, съблюди и вънимай вельми, яко съ падениемь своимь ходиши.

Не старайся быть равным с сильным и не всем словам его верь, ибо речами он проверяет тебя; и если со смехом пытает тебя, берегись, будь внимателен, ибо ходишь рядом с паденьем своим.

 

Богатый бо колѣбля ся утвьржяеть ся другы, убогый же съпадъ ся пориновенъ будеть другъ его.

Пошатнувшись, богатый утверждается в друзьях, бедный же, пав, будет оставлен друзьями своими.

 

Богату съблазнивъшу ся, мънози заступници и глаголы неиздреченьныими оправьдять и.

Когда ошибется богатый, много заступников и словами несказанными оправдают его.

 

Убогъй же съблазни ся — и припрѣтиша ему, и извѣшта разумъ — и не дашя ему мѣста.

Бедный же ошибся — и наказали его, произнес разумное, — но не дали ему места.

 

Мързость гърдому — съмѣрение, такожде и же мьрзость богатуму — убогын.

Мерзко гордому — смирение, как и богатому мерзок — бедный.

 

Богатый възглагола — и вьси умълкоша, и слово его възнесошя до облакъ, убогый же възглагола — и вьси рекоша: «Чьто сь есть?» — и аште потъкнеть ся, въздринуть и.

Богатый заговорил — и все умолкли, и речи его вознесли до облаков, а бедный заговорил — и все сказали: «Что это такое?» — а если оступится, еще и подтолкнут его.

 

Добро есть богатьство, въ немьже нѣсть грѣха, а зъло есть ништета въ устѣхъ нечьстиваго.

Богатство, в котором нет греха, — добро, — но в устах нечестивого и бедность — зло.

 

Чловѣку завидьливу нелѣпо е богатьство: ниже есть себѣ зълъ, иному добръ будеть? Возвесели ся въ имѣнии своем?

Завистливому человеку не пристало богатство: разве тот, кто к себе зол, к другому будет ли добр? Радовался ли он имению своему?

 

Завидьливу у себя нѣсть зълѣйша, и се въздание зълобѣ его: аште и добро сътворить, то забывъ ся творить, и на послѣдъкъ изнесеть зълобу свою.

Нет хуже того, кто даже к себе скуп, и вот расплата за порок его: если добр и творит, то ненамеренно, и всегда выкажет свой характер.

 

Око лихоимьця не насытить доръсти, и обида лукавааго исушаеть душю его.

Око лихоимца не насытится лихвой, а обида лукавого иссушает душу его.

 

Око лукаво завидьливо о хлѣбѣ, и скудьно на тряпезѣ своей.

Око лукавое завистливо на хлеб, но скудно за своим столом.

 

Нѣсть веселия паче радости срдьчьныя, луче есть съмьрть паче живота горька.

Нет веселия больше сердечной радости, и лучше смертъ, чем горькая жизнь.

 

Льсти душю свою веселиемь и тѣши сьрдьце свое, и печаль далече отърини отъ себе — да не въскорѣ състарѣеши ся.

Душу свою упокой весельем и сердце свое утешь, и печаль подальше гони от себя — и не скоро состаришься.

 

Красьна есть милостини въ врѣмя скърби, якоже и облаци дъждевьнии въ время ведра.

Красна милостыня во время скорби, как и облака дождевые в жаркую погоду.

 

Братия и помошть въ врѣмя скърби, и паче обоего — милостыни избавить. Имѣние и крѣпость възносить сьрдьце, обаче обоего — страхъ Господень.

Братство и помощь во время скорби, но больше обоих — милостыня спасет. Богатство и твердость возносят сердце, но больше обоих — страх Господень.

 

<...>

<...>

 

О вьсякомь дѣлѣ буди бъдръ, и вьсякъ недугъ не приступить къ тебѣ.

Во всяком деле будь смел, и никакой порок не подступит к тебе.

 

Чядо, въ животѣ своемь искуси душу свою и виждь, чьто ей есть зъло и не дажь ей: не ключить бо ся вьсе вьсѣмь, не вьсяка душя въ всемь благоволить. И не прѣсыштяй ся въ вьсякой пишти и не разливай ся на различьнѣ брашьнѣ.

Чадо, жизнью своей испытай свою душу и пойми, что ей вредно и не дай ей этого: не годится ведь все и всем, не всякая душа всему благоволит. Не пресыщайся всякою пищею и не набрасывайся на различные яства.

 

Въ мнозѣ бо брашьнѣ недугъ бываеть и прѣсыщение до кручины доидеть, прѣсыштениемь бо мнози умьроша — помняй же се, приложить ся животѣ.

От многих яств возникает недуг, и пресыщенье доведет до кручины, от пресыщенья многие умерли — об этом помнящий продлит свою жизнь.

 

Нѣсть убо добро не хранити ся отъ всякого суда.

Ничего хорошего нет в том, чтобы не остерегаться суда.

 

Чядо, якоже имаши добро сътвори себѣ и приношения Богу приноси достойно, помяни, яко съмьрть не замьдьлить, и завѣтъ адовъ не показнъ бысть.

Чадо, если есть у тебя добро — приноси достойное Бога подношение, помни, что смерть не замедлит, и завет ада не объявлен.

 

Даже не умьреши, добро сътвори другу и по силѣ своей простьри руку, и даждь убогыимъ по силѣ своей.

Пока не умрешь, твори другому добро и по силе своей протяни руку, подавай убогим по силе своей.

 

Не лиши ся добра, и чясть добра не минеть тебе; и не инѣмъ ли оставиши тяжяние свое, и труды твоя на раздѣление жрѣбия, яко нѣсть въ адѣ искати пиштя?

Не отказывайся от добра, и часть добра не минет тебя; и не другим ли оставишь стяжание свое, и труды твои на раздел по жребию, ведь не станешь в аду искать сласти?

 

Чядо, не люби множьства неключима и не весели ся о сынъхъ ненаказаныихъ — рекъше нечьстивыихъ; аште и умъножать ся. Не весели ся о нихъ, аште нѣсть страха Господня съ ними. Не вѣруй животу ихъ, въздыхание бо и плачь невидимъ — и вънезапу коньчину ихъ разумѣеши.

Чадо, не ходи на бесполезные сборища и не радуйся невеждам, то есть нечестивым; если и умножатся. Не радуйся им, если нет страха Господня с ними. Не доверяйся обманчивой их жизни, ибо вздохи и плач невидимы — и внезапно конец их постигнешь.

 

Луче бо е одинъ, нежели тысяшти, и умрети добрѣе бештядъ, нежели имѣти чада невѣрьна. Оть единого бо разумива уселить ся градъ, колѣно же безаконьныихъ опустѣеть: мъного сицего видѣ око мое.

Ибо лучше один, чем тысячи, и лучше умереть бездетным, чем иметь нечестивых чад. Ведь и от одного разумного заселится град, тогда как поколение неразумных исчезнет: много подобного видело око мое.

 

Чловѣкъ мудръ въ всемь угодить, и въ дни грѣха уклонить ся съгрѣшения, вьсякъ разумивый познаеть мудрость.

Мудрый человек во всем угодит и в дни греха избежит согрешений, всякий благоразумный познает мудрость.

 

Разумьнии словесы ти умудришя ся и удрьжашя притьчя испытьны.

Разумные речами умудрились и сохранили в точности притчи.

 

Дѣлатель пияница не обогатѣеть.

Работник пьяница не разбогатеет.

 

Медъ и жены отворять разумьныя, и прилѣпляяй ся любодѣицяхъ дьрзѣи будетъ.

Мед и женщины отвратят разумных, а приставший к любодейцам наглее будет.

 

Слыша ли слово тайно — да умьреть съ тобою, и не всякому словеси вѣру емли.

Услышал тайное слово — пусть умрет с тобою, да и не всякому слову веру давай.

 

И одѣние мужя, и смьяние зубъ, и ступание чловѣка възвѣстить яже о немь.

И одежда человека, и лица усмешка, и походка его — все скажут о нем.

 

Есть мълчя обрѣтая ся мудръ, есть другый ненавидимъ многою бесѣдою, и есть мълча не имать бо отъвѣта.

Есть молчаливый из мудрости, есть и другой, за велеречивость отвергнутый, но есть молчаливый оттого, что не знает ответа.

 

Чловеѣкъ мудръ умълчить до врѣмене, и умъножяй словеса мьрзъкъ будеть, гърдяй ся — възненавидѣнъ будеть.

Мудрый человек промолчит до времени, а множащий словеса становится мерзок, заносчивого — возненавидят.

 

Даяние безумьнааго не сътворить пользя никоеяже: мало бо въдасть, а мъного испоносить.

Дар неразумного не принесет никакой пользы: ибо мало даст, но многое выбранит.

 

Поплъзение отъ земля добрѣе паче, нежели от языка.

Неверный шаг по земле все же лучше, чем языка ошибки.

 

Усты безумьнааго отъвьржена будеть притъчя, не речеть бо ея въ время свое.

Устами неразумного будет отвергнута притча, ибо не скажет ее когда следует.

 

Порокъ зълъ чловѣку лъжа, и въ устѣхъ ненаказаныихъ присно будеть.

Злой порок человека — ложь, и в устах невежд навсегда останется.

 

Уне е тать, неже лъжя присно, оба же пагубу наслѣдуета.

Лучше уж тать, чем вечная ложь, но оба равно уничтожатся.

 

Мьзда и дарове ослѣпляють очи мудрыихъ, да видяштеи не видять.

Мзда и взятка ослепляют очи мудрых, так что и зрячие не видят.

 

Студъ отьцю о ненаказании рожденааго отъ него.

Стыд отцу за невежество от него рожденного.

 

Дъшти же на умиление будеть, дъшти мудра почьстить мужя своего.

Дочь же на радость будет, мудрая дочь принесет почести и мужу своему.

 

Отьца и мужя посрамить дьрзая, и отъ обою прииметь бещьстие.

Отца и мужа посрамит дерзкая, и от обоих примет бесчестие.

 

Надъ мьртвыимь плачи ся — отъиде бо свѣта, и безумьнааго плачи ся — иштезе бо отъ него разумъ.

Плачь над мертвым — он лишился света, но оплачь и безумного — разум его покинул.

 

Вьргый на пътицѣ камень отъгонить ѣ, тако же иже поносить другу своему — разорить дружьбу.

Кинувший камень в птиц их отгонит, тот же, кто друга своего бранит, разрушит дружбу.

 

За друга аште отъвьрзеши уста — не стыди ся, есть бо съмѣрение.

Если на друга поднимешь голос, не скорби, ибо есть примирение.

 

Не кльни ся именьмь святого: чловѣкъ кльныи ся мъного испълнить ся безакония, и не отъиметь ся отъ дому его рана, и аште съгрѣшить — грѣхъ его на немь.

Не клянись именем святого: человек, клянущийся часто, преисполнится беззакония, и не покинут дом его беды, и если согрешит — его грех на нем.

 

Чловѣкъ, сълазя отъ одра своего, глаголя въ души своеи: «Кто мя видить? — и стѣны застоять мя, и никътоже мене видить, яко и крыю ся грѣхъ моихъ, — и не въспомянеть Вьшьнии». И почи чловѣчьскѣ страхъ его. И не разумѣ, яко очи Господни — тьмами есть свѣтьлѣйше сълньця, призирающи на вься пути чловѣчьскыя и съматряюшти въ тайныхъ мѣстѣхъ, и разумѣють оставльшеи, яко ничьтоже луче страха Господня, и ничьтоже слаже, еже вънимати заповьдѣмъ Господнямъ.

Человек, встающий с постели своей, говорящий в душе своей: «А кто меня видит? — и стены меня заслоняют, и никто не видит меня, так и скрою грехи свои, и не вспомнит Всевышний». Боится он глаз человека. И не понял, что очи Господни — и во тьме ярче солнца, взирают на все пути человеческие и видят в самых тайных местах, и понимают спасенные: ничего нет лучше страха Господня, и ничего нет слаще, как внимать заповедям Господним.

 

Стыди ся отьця и матери — блудъмь, сильнааго и властелина — о лъжи, судия и кънязя — о съгрѣшеньи, събора и людии — о безаконии, обьштьника и друга — о неправьдѣ, мѣста, на немьже живеши, — о татьбѣ и правьды Божия и завѣта Его.

Стыдись отца и мать — из-за блуда, вождя и вельможу — из-за лжи, судью и князя — из-за согрешений, людей и совета — из-за беззаконий, соратника и друга — из-за неправды, места, на котором живешь, — из-за разбоя и измены правде Божьей и завету Его.

 

Храни ся отъ словесъ поносьныихъ на другы, и не поноси ти давъшу, и не стыди ся о сихъ.

Остерегайся слов бранных на друга, но не брани их сказавшего и не стыдись за них.

 

И на судѣ не оправьдай нечьстива.

И на суде не оправдывай нечестивца.

 

О дьрзости

О жестокости

 

Съ дьрзъмь не ходи на путь — да не въстанеть на тя, тъ бо сътворить по силѣ своей, и въ неразумьи его погынеши.

Одним путем не ходи с жестоким — и не поднимется на тебя, ибо поступит он по нраву своему, и в его безрассудстве погибнешь.

 

Съ яръмь не свари ся и не ходи с нимь сквозѣ пустыню, предъ очима бо его кръвь яко ничьтоже есть, и идеже не будеть помошти, то ту и низложить тя.

С яростным не спорь, и не иди с ним через пустыню, ибо кровь для него — ничто, и когда не будет помощи, тут же уничтожит тебя.

 

Съ уродивыимъ свѣта не твори, не можеть бо словесе дьржяти.

С глупцом не советуйся, ибо не сможет он слова сдержать.

 

Прѣдъ чюждиими не сътвори ничьто же тайна: не вѣси бо, чьто ти сътворять.

Пред чужими не совершай ничего тайного, ибо не знаешь, как поступят с тобою.

 

Не являй вьсякому чловѣку сьрдьца своего, да не възнесеть ти хвалы.

Не являй своего сердца всякому человеку, чтоб не вознес он тебе хвалы.

 

Не даждь женѣ душя своея, наступити ей на крѣпость твою.

Женщине не открывай души своей, не дай наступить ей на твердость твою.

 

Не сърѣтай жены блудьниця, да не како въпадеши въ сѣти ея.

Не встречайся с женщиной блудной, и не впадешь в ее сети.

 

Дѣвы не съматряй, еда како съблазниши ся въ опитимияхъ ея.

На деву не взглядывай, не то соблазнишься ее чарами.

 

Не дажь блудьницамъ душя своея, да не погубиши наслѣдия своего.

Не дай блудницам души своей и не погубишь наследия своего.

 

Отъврати очи свои отъ жены красьны и не глядаи чужея доброты, въ добротѣ бо женьскѣй мнози заблудишя и похоть отъ нея, яко огнь разгараеть ся.

Отврати очи свои от красивой женщины и не любуйся чужой красотой, ибо в женской красоте погибли многие, и похоть от нее огнем распаляется.

 

Съ мужатицею отинудь не посѣди и не побесѣдуй съ нею въ винѣ: еда како уклонить ся душя твоя на ню — и духъмь своимь поплъзнеши ся въ пагубу зълѣ.

С замужней никогда не сиди и не беседуй с нею по <какому-либо> поводу: а вдруг как душу твою привлечет — и духом своим поскользнешься в большую беду.

 

Не рьвьнуй славѣ грѣшьника: не вѣси бо, како будеть раздрушение его.

Не завидуй славе грешника, ибо не ведаешь, как он погибнет.

 

Не оставляй старааго друга: новый бо нѣсть тъчьнъ ему.

Не оставляй старого друга, ибо новый его не заменит.

 

И съ мудрыими съвѣщавай, и съ разумьныими буди размышление твои, и вься повѣсти твоя въ законѣ вышьняаго.

И с мудрыми советуйся, и с разумными входи в размышление, и все дела твои идут по законам Всевышнего.

 

Мужи правьдьни да обѣдають съ тобою, и въ страсѣ Господни буди похвала твоя.

Мужи праведные пусть вкушают с тобою, и в страхе Господнем будет хвала тебе.

 

Прѣмудръ судии накажеть луди своя, и владычьство разумивааго учинено будеть; и акоже будеть судии людьмъ своимъ, такъ же и слугы его.

Мудрый судья научит людей своих, и власть разумного пусть установится; каков будет судья к своим людям, таковы же и слуги его.

 

<...>

<...>

 

Не дрьжи гнѣва на ближьняаго своего, и не сътвори ничьсоже въ дѣлѣхъ досяждения; възненавидѣна прѣдъ Богъмь и чловѣкы гърдыни, и отъ обоихъ съгрѣшить неправьда.

Не держи гнева на ближнего своего, не принимай участия во вредных делах; ненавистна и Богу и людям гордыня, и в обоих случаях согрешает несправедливость.

 

<...>

<...>

 

Неправо есть укаряти убога разумива, и неподобьно есть славити мужя грѣшьна.

Несправедливо укорять разумного бедного, и не следует славить мужа грешного.

 

Самъ испьрва сътвори чловѣка и остави и въ руцѣ мысли своея. Иште хочеши — съблюдеши заповѣди, и вѣру сътвориши благоволения.

Сам <Бог> вначале сотворил человека и оставил его в деснице воли своей. Если пожелаешь, соблюдешь заповеди и исполнишь веру благоволения.

 

Прѣдъложилъ ти огня и воду: на неже аште хочеши — простьреши руку.

Предложил тебе огонь и воду: протянешь руку к тому, к чему захочешь.

 

Прѣдъ чловѣкъмь животъ и съмьрть, и еже аште изволить — дасть ся ему: яко многа прѣмудрость Господня.

Пред человеком жизнь и смерть — и то ему дастся, что он выберет: велика мудрость Господня.

 

Крѣпъкъ силою и зьряй вьсего, и очи Его на бояштиихъ ся его, и Тъ познаеть вьсяко дѣло чловѣчьско.

Крепок силой Всевидящнй, и очи его — на страшащихся его, и ведает он все дела человеческие.

 

Не заповѣдалъ ни одиному же бештьствовати, и не дасть ослабы ни единому же съгрѣшати.

Заповедал никому не быть в бесчестье, никому не попустил согрешать.

 

Обраштая ся къ Богу, огрени ся грѣха, и отъврати ся отъ неправьды, и зѣло възньнавиди мьрзость.

Обращаясь к Богу, воздержись от греха, отвратись от неправды и отрекись от скверны.

 

Пьрвѣе даже въ недугъ не въпадеши съмѣри себе, и въ врѣмя грѣхъ обрати ся къ Господу.

И пока еще ты не впал в недуг, смири себя, а в грехах обратись к Господу.

 

И не замьдьли въздати молитву въ врѣмя, и уготови себе и не буди, яко чловѣкъ, искушая Бога, помяни гнѣвъ въ дьнь съконьчания своего.

И не медли воздать молитву вовремя, и приготовь себя, не будь человеком, искушающим Бога, помни о гневе его в день кончины своей.

 

Добро есть обличати, нежели ярити ся.

Лучше обличать, чем гневаться.

 

Обличи друга: мъногашьды бо бываеть клевета; и не вьсякому словеси вѣру емли.

Обличи друга: часто находит клевета; и не всякому слову веру давай.

 

Словеса притъчьная

Изречения

 

Прѣмудрыи словесы прѣдъведеть ся, и чловѣкъ мудръ годѣ будеть вельможямъ.

Премудрый словами руководствуется, и мудрый человек всегда полезен вельможам.

 

Луче чловѣкъ, съкрывая буесть свою, нежели съкрывая мудрость свою.

Лучше человек, скрывающий свою необузданность, чем скрывающий мудрость свою.

 

<...>

<...>

 

Познанъ есть издалечя сильный языкъмь своимь.

Издали познается сильный по своим речам.

 

Разумивый же вѣсть, въ чемь ся поплъзаеть.

Умный знает, на чем поскользнется.

 

Сьрдьце буяго яко съсудъ утьлъ: вьсякого разума не удьрьжить.

Сердце вспыльчивого как утлый сосуд: никакого разума не удержит.

 

Слово мудро аште услышить разумивый, въсъхвалить е и къ нему приложить.

Если мудрое слово услышит разумный, оценит его и к себе применит.

 

Боголишивый же смѣхъмь възнесеть гласъ свои, мужь же мудръ одъва осклабить ся.

Глупый со смехом возвысит свой голос, мудрый же человек едва улыбнется.

 

Осквьрняеть свою душу шъпътьникъ.

Душу свою оскверняет сплетник.

 

Якоже сълѣпляй съсудъ изломленъ, такоже учяий безумьнааго.

Что тот, кто чинит сосуд разбитый, то и учащий глупого.

 

Иже повѣдаеть безумьному — и на коньци речеть: «Чьто бѣ?»

Кто скажет глупцу — пусть в конце переспросит: «Что я сказал?»

 

Дьвѣ вешти умножаеть грѣхы, и третия — идеть гнѣвъ.

Две вещи грехи умножают, а третья наводит — это гнев.

 

О женахъ зълыихъ и добрыихъ. Мала есть вься зълоба противу зълобѣ женьскѣй, жрѣбий грѣшьника да испадеть на ню.

О женах злых и добрых. Всякое зло мало против зла отженщин, жребий грешника пусть выпадет ей.

 

Жена лукава — язва сьрдьчьная.

Жена лукавая — язва сердца.

 

Отъ жены начятъкъ грѣху — и тою вьси умираемъ.

От женщин начало греха, из-за нее умираем все.

 

Не даждь женѣ дрьзновения на тя глаголати, аште не ходить подъ рукою ти, отъсѣци ю отъ плъти своея.

Не разрешай жене на тебя наговаривать, и если не ходит она под рукою твоей, отсеки ее от плоти своей.

 

Жены добры блаженъ есть мужь ея, и число днии его сугубо.

У доброй жены блажен муж ее, и число его дней удвоится.

 

Жена добля веселить мужя своего, и лѣта его испълнить миръмь.

Жена хорошая радует мужа своего и годы жизни его наполнит миром.

 

<...>

<...>

 

Жену мудру не удобь обрѣсти.

Мудрую жену не просто найти.

 

Въ женахъ рѣдъко обрящеши истину.

У женщин редко узнаешь правду.

 

О женѣ лукавѣ. Волю жити съ львъмь, неже съ женою лукавою.

О жене лукавой. Предпочти жить со львом, чем с женой лукавой.

 

Лукавьство жены измѣняеть зракъ ея, и посупляеть лице свое.

Лукавство женщины изменяет вид ее, и омрачает лицо ее.

 

<...>

<...>

 

Якоже емляй ся за стѣнь и гоняй вѣтры, такоже емляй вѣру съномъ.

Подобны хватающим тень и бегущим за ветром те, кто верит в сны.

 

Духъ бояштиихъ ся Господа поживеть, надежда бо ихъ на Спасаюштааго я, бои ся Господа ничимьже постыдить ся, очи бо Господьни на бояштяя ся Его.

Дух боящихся Господа будет жить, ибо их надежда на спасающего их, страшащийся Господа ничего не убоится, ибо очи Господни обращены на боящихся его.

 

Благословление Господьне еже отъступити отъ грѣхъ, и оцѣштение еже отъступити отъ неправьды.

Благословенье Господне — отступить от греха, и очищенье — отринуть неправду.

 

Приносяй ся жьртву отъ неправьды, приношение его небрѣгомо есть, ни множьствъмь жьрьтвъ не отьпустить ся грѣхъ.

Приносящий жертву в неправде — приношенье его не примут, и даже множеством жертв не простится грех.

 

Якоже закаляй сына прѣдъ отьцьмь его, тако приносяй жрътву отъ имѣния убогыихъ.

Как закалающий сына пред отцом его, так и несущий жертву из средств убогих.

 

Хлѣбъ боплъть ихъ, животъ убо ихъ, лишяяй же его чловѣкъ кръвь проливаяй есть.

Ибо хлеб их — плоть и жизнь их, и тот, кто лишает его, есть человек, проливающий кровь.

 

Якоже проливаяй кръвь, тако же удьржавый мьзду наимьника.

Каков же проливающий кровь, таков и удерживавший плату наемнику.

 

О десятинѣ. Не яви ся прѣдъ Господьмь тъшть — вьсе бо се есть заповѣди ради: приношение правьдьнааго мастить олътаря и благоухания его прѣдъ Вышьнимъ.

О десятине. Не являйся пред Господом пуст, ибо — по заповеди: приношение праведного умаслит алтарь и благоуханье его пред Всевышним.

 

Жьртва мужа правьдива благоприятьна, и память его не забъвена будеть: окомь благомь прослави Господа, и не умали начатъка отъ руку своею.

Благоприятна жертва от мужа праведного, и память его незабвенна будет: оком благим восславил он Господа и не умалил начатка рук своих.

 

<...>

<…>

 

Дажь вышьнему подаяния Его, яко Господь въздаяй есть, и седмерицею въздасть ти.

Дай Всевышнему подаяние, ибо Господь воздающий семижды воздаст тебе.

 

<...>

<...>

 

О златолюбьци. Любяии злато не оправдять ся, и любяй растьлѣюштяя самъ насытить ся: мънози съпадоша злата дѣля и бысть пагуба ихъ прямо лицу ихъ.

О златолюбце. Возлюбившие злато не спасутся, возлюбивший тленное сам пресытится: многие пали из-за золота и была их пагуба перед лицом их.

 

Блаженъ богатый иже обрѣте ся бес порока и иже въ слѣдъ злата не иде; къто сь есть — да блажимъ его, сътворилъ бо есть дивьная въ лудьхъ своихъ.

Блажен в богатстве, кто беспорочен, кто не идет вслед золота; кто таков — такого восславим, ибо дивное создал он средь людей своих.

 

Къто искушенъ имъ бысть и съвьршилъ ся — и да будеть на похваление.

И кто искушен им был и не поддался — да будет славен.

 

Къто бы моглъ прѣступьникъ быти и не прѣступи, и зло сътворити, и не сътворилъ — да утвьрьдять ся благая его и милостыни его исповѣсть цьркы святая.

Кто мог бы преступником быть и не стал им, мог зло сотворить, но не сотворил — да увеличится благо его и о милосердьи его поведает церковь святая.

 

Бояштааго ся Господа не съряштеть зъло, аште ли въ напасть въпадеть, то пакы изьметь его.

Кто Бога страшится, того не настигнет беда, а если впадет в напасть, то Бог его выручит.

 

Чловѣкъ разумивъ вѣру иметь закону и по Христовамъ заповѣдьмъ ходить, и законъ его вѣрьнъ есть.

Разумный человек доверяет закону и ходит по Христовым заповедям, и закон его прав.

 

Боляре и судия славьни суть, и нѣсть ихъ ни единъ же болии боящааго ся Господа.

Бояре и судьи славные, но нет средь них ни единого выше того, кто страшится Господа.

 

Рабу разумиву свободы поработають.

Рабу разумному и свободные служат.

 

Не прѣмудряй ся, творя дѣло, и не слави ся въ врѣмя тугы.

Не мудрствуй, делая дело, и не хвались в годину тяжелую.

 

У друга подъзираюштааго тя и у врага не повѣдай съвѣта.

У недоброжелательного друга и у врага не проси совета.

 

<...>

<...>

 

Отъкрываяяй таину погубилъ есть вѣру и не обряштьть друга противу души своей.

Раскрывший тайну утратил доверие, он не сыщет друга по душе своей.

 

<...>

<...>

 

Мудрость съмѣренааго възнесеть главу его и посредѣ вельможь посадить и´.

Мудрость кроткого возвысит главу его и среди вельмож усадит его.

 

Пьрвѣе даже не слышиши — не отъвѣштявай, и не вълагай ся въ срѣду бесѣды, и на съвѣтѣ грѣшьныихъ не сѣдай.

Пока не услышишь — не отвечай, и не вмешивайся в беседу, и в совете бесчестных не восседай.

 

<...>

<...>

 

И чяды своими познанъ будеть мужь.

И по детям своим человек виден.

 

И не всякого чловѣка въведи въ домъ свой: блюди ся зълодѣя, зло бо съдѣваеть.

И не всякого человека в дом свой введи: остерегайся злодея, ибо творит он зло.

 

<...>

<...>

 

Егда въ добрѣ будеть мужь, то врази его въ печяли будуть.

Если хорошо человеку, то в печали враги его.

 

И не емли вѣры врагомъ своимъ въ вѣкы.

Не доверяй врагам своим во веки.

 

И якоже бо мѣдь обръжявѣеть, тако и злоба его; и аште и съмѣрить ся и поидеть поникъ, постави душу свою и храни ся оть него — и будеши ему, яко очиштено зьрцяло.

Ведь только когда заржавеет медь, тогда и злоба врага пройдет; но если смирится он и пойдет поникши, будь бдителен и берегисъ его, тогда станешь ты для него чистым зеркалом.

 

Не постави его у себя, да не въздривъ тя станеть на мѣстѣ твоемь. Не постави его одесную себе, да не поиштеть сѣдалиштя твоего, — и напослѣдъкъ разумѣеши словеса моя и о глаголѣхъ моихъ умилиши ся.

Но не оставь его возле себя, чтобы, изгнав тебя, не занял твоего места. Не ставь его и по правую руку, чтобы не отнял он места твоего, — вот тогда и поймешь мое слово и речам моим возрадуешься.

 

Устьнама своима усладить тя врагъ, а сьрдьцьмь своимь съвѣтуеть въринути тя въ ровъ.

Устами своими услаждает враг, а сердцем своим советует ввергнуть тебя в яму.

 

Очима своима просльзить ся врагъ, и егда обряштеть время — не насытить ся отъ кръви.

Очами своими прослезится враг, а наступит время — не насытится кровью.

 

Даште обряштеть тя зъло, то ту его обряштеши пьрвѣе себе, и яко помагая подъразить пятѣ твои, главою своею покываеть и въсплещеть рукама своима, и много пошьпъчеть, и измѣнить лице свое.

И если настигнет тебя беда, он тут же окажется первым, как бы помогая, он поставит тебе подножку, и головой покивает, и восплещет руками своими, и сплетни распустит, и изменит лицо свое.

 

Беремене паче себе не въздвижи, и съ крѣплѣшиимъ себе и съ богатѣйшимъ не приобьштай ся: кое бо приобьштение гърньцю съ котьлъмь — тъ бо приразить ся и съкрушить ся.

Раньше времени не возносись, и с теми, кто крепче тебя и богаче, не общайся: какое уж общение горшку с котлом — ведь этот прикоснется, а тот рассыпется.

 

Богатый, обиду сътворивъ, и самъ прогнѣваеть ся, убогый же, обидимъ, и самъ примолить ся. Аште ли имаше, то поживеть съ тобою, аште ли не имаши — то отъльстить тя отъ себе, и въсмѣеть ти ся, и възглаголеть ти добрѣ, и речеть: «Ти е ли ти, чьто трѣбѣ?» — и посрами тя борошьнъмь своимь, дондеже не тъштить тя дъвоици, и напослѣдъкъ поругаеть ти ся шютомь, узьрить тя — и оставить тя и главою своею покываеть на тя.

Богатый обидит, и сам же прогневается, бедный же, обиженный, и сам извинится. Если есть у тебя что-то, пребудет он с тобою, если же нет, обольстит тебя, и насмеется над тобою, и проговорит приятно, и скажет: «Да есть ли что-то, что нужно тебе?» — и посрамит тебя едой своей, пока не истощит тебя вдвое, и напоследок обзовет шутом, взглянет на тебя — и оставит тебя, головою качая.

 

Вънимай, сыну мой, и не забуди, да не съмѣриши ся въ веселии своемь.

Внимай, мой сын, и не забудь, чтобы не осрамиться в веселье твоем.

 

О меду. Въ меду не мужай ся, мъногы бо погубилъ медъ. Горесть души мъного пиемъ медъ съ гнѣвъмь и съ клеветою зълѣ.

О вине. Не увлекайся вином, ибо многих погубило вино. Горесть души — в гневе и с клеветою выпиваемое без меры вино.

 

Въ пирѣ меда не облыгай ближьняаго, и не сърини его въ веселии его.

На пьяном пиру не охаивай ближнего и не мешай ему в веселье его.

 

Старѣйшиною ли тя поставишя, то не възноси ся, буди въ нихъ яко единъ отъ нихъ.

Если старшим над другими поставили, не возносись, будь для всех как один из них.

 

Идеже послушяние будеть — не изнеси бесѣды, и без ума въ пирѣ не мудри ся, буди якоже вѣды и мълчя.

Если что услыхал — не выноси на сторону, безрассудно на пиру не мудрствуй, будь как тот, кто знает, но молчит.

 

Посредѣ вельможь не равьнъ ся твори, и иному не глаголюштю не зѣло прилежи, мужь бе съвѣтливъ не прѣзрить размышления.

Среди вельмож не равняйся с ними, и пока другие молчат, не торопись говорить, ибо муж в совете не отвергнет раздумия.

 

Бе-съвѣта не сътвори ничьсоже, и егда сътвориши — не раскай ся.

Без совета ничего не делай, а когда совершишь — не раскайся.

 

Не съвѣщай съ подъзираюштиими тя, и отъ искушяюштиихъ тя съкрый съвѣтъ.

Не советуйся с недоброжелателем, а от искушающих тебя утаи намерение.

 

Не съвѣштавай съ страшивъмъ о брани, съ купьцьмь о приложеньи и съ купуюштиими о купли, и съ завидьливъмь о похвалении, и съ несмилостивыимь о помилованьи, и съ рабъмь лѣнивъмь о мънозѣ дѣланьи, — не наложи на сия о всякомь съвѣштяньи.

Не советуйся с трусливым о рати, с купцом о прибыли и с покупателем о купле, и с завистливым о похвале, и со злыми о милосердии, и с рабом ленивым о хорошей работе, — и даже не приступай к таким ни за каким советом.

 

Съ мужьмь благовѣрьномь буди, егоже аште познаеши съблудаюшта заповѣди Господня: и аште съгрѣшиши — поболить съ тобою, и съвѣта сьрдьчьнааго поставить.

Пребывай с благоверным мужем, если узнаешь, что он соблюдает Божьи заповеди: согрешишь — он тебе сострадает, сердечным советом поможет.

 

Есть мужь съмысльнъ и многомъ казатель, и своей души есть неклучимъ.

Бывает, разумный муж учитель другим, однако о душе своей не заботится.

 

И есть чловѣкъ мудръ своей души, и плодъ разума его въ устѣхъ вѣрьнъ.

Но бывает другой человек, для души своей мудр, и надежен плод разума в устах его.

 

Мужь мудръ люди своя накажеть.

Мудрый муж наставит людей своих.

 

О мьрьтвьцихъ. Чядо, надъ мрьтвьцьмь источи сльзы: и якоже зълѣ стражя, начьни плачь, и якоже достоить съкрый тѣло его, и не прѣзьри погребения его.

О мертвых. Чадо, слезы свои источи над мертвым: возрыдай, точно в тяжком страдании и, как положено, тело его накрой, и не пренебреги его погребением.

 

Горькъ сътвори плачь и рыдание дьнь единъ или дъва хуления ради: отъ печяли бо съмьрть бываеть, и печаль сьрдьчьная съломить крѣпость.

Горький плач начинай и рыдай день иль два, чтобы избегнуть хулы: ведь от горести смерть наступает, и сердечное горе сломит твердость <души>.

 

Помяни уставъ, яко и сице твой: «Мьнѣ — заутра, а тебѣ — дьньсъ».

Вспомни закон, он таков: «Мне — завтра, тебе — сегодня».

 

Въспомяни ся о немь въ исходѣ душя его и утѣши ся, въ печяли бо и въ плачи не сътвориши ползя ему никоеяже.

Подумай о нем при исходе души его и утешься, ибо печалью и скорбью ему не поможешь.

 

Сьрдьце свое дажь утрьневати къ Господу, сътворьшууму тя, и прѣдъ Вышьниимь помоли ся, и отъврьзи уста своя на молитву; и о грѣсѣхъ своихъ помоли ся, и убога помилуй.

Сердце твое утром пусть устремляется к Господу, тебя сотворившему, перед Вышним молись, отверзая уста свои на молитву; и о грехах своих помолись, и помоги убогому.

 

Печаль велия испьрва съзъдана бысть вьсякому чловѣку.

Печаль великая от века людям была дана.

 

Имѣние неправьдьныихъ яко рѣка исхънеть.

Именье неправедных точно ручей пересохнет.

 

Чяда грѣшьныихъ мрьзъка будуть живуштя съ притъчями нечьстивыихъ.

Чада грешников в скверне пребудут, живя советами нечестивых.

 

Чядъ грѣшьныихъ наслѣдие погынеть и съ сѣменьмь ихъ будеть поношение.

Погибнут потомки чад грешников, позор будет с семенем их.

 

О отьци нечьстивѣ зазьрять чяда, яко его ради приемлють поношение. Чада грѣшьныихъ не укоренять ся.

Укоряют детей за отца нечестивого, за него примут они позор. Дети грешников не пустят корней.

 

О чьсти родитьлъ. Господь прославилъ отьця о чядѣхъ, и судъ матерьнь утвьрдилъ есть о чядѣхъ.

О почитании родителей. Восславил Господь отца за детей его, и суд <правый> матери основал за детей ее.

 

Чьтый отьця оцѣсти грѣхы, и якоже богатяй ся прославить матерь свою.

Чтущий отца искупил грехи, и, обогащаясь, прославит мать свою.

 

Чьтый отьця възвеселить ся о чядѣхъ, и въ дьнь мольбы своея послушянъ будеть.

Чтущий отца будет счастлив в чадах, и в час молитвы своей он будет услышан.

 

Прославляяй отьця длъгы дьни сътворить, и послушяяй Господа покоить матерь свою, и ту же владыкама поработаеть ражьшима его: дѣлъмь и словъмь чьти отьца своего, да наидеть ти благословление отъ него, благословление бо отьче утвьрьжяеть домы чядомъ, клятва же матерьня искореняеть до основания.

Прославляющий отца получит долгую жизнь, и внимающий Господу упокоит матерь свою, и как владыкам послужит родившим его: делом и словом чти отца своего, чтоб получить благословение, ибо отчее благословение укрепляет чадам дома, а проклятие матери разрушает их до основания.

 

Не слави ся въ бештьстьи отьця своего, нѣсть бо ти слава къ бештьстьи, нъ слава чловѣку отъ чьсти отьця своего, и поношение чадомъ мати въ беславьи.

Не хвались бесчестьем отца своего, ибо нет похвалы от бесчестья; похвала человеку по чести отца его и позор детям — мать в бесславии.

 

Чадо, заступи въ старость отьця своего, и не оскърби его въ животѣ его, и аште изумляеть ся — то не зазри емь и не укори его вьсею крѣпостью своею.

Чадо, отцу помоги в его старости и не огорчай его при его жизни, а если теряет разум — не попрекай и не укоряй его в силе твоей.

 

Милостыни бо отьчя не забъвена бываеть — и въ грѣхъ мѣсто привъзиждеть ти ся, и в дьнь печяли твоея въспомянеть ти ся, яко угъ на мразъ, тако растають ся грѣси твои.

Благодеянья отца незабываемы — против грехов укрепят тебя, и в день печали твоей напомнят тебе о себе, и, как жар на морозе, так растают грехи твои.

 

Коль хульнъ оставлий отьця своего и проклятъ Богьмь раздражаяй матерь свою.

Сколь бесславен забывший отца своего и проклят Богом огорчающий мать свою.

 

Чядо, лѣта своя съ кротостию прѣпровожяй — и чловѣкомъ възлюбленъ будеши.

Чадо, годы свои проводи в кротости — и возлюбят тебя люди.

 

<...>

<...>

 

Огнь поляшть вода угасить, а милостыни оцѣстить грѣхы.

Пламя огня угасит вода, а милостыня искупит грехи.

 

Чядо, жита ништааго не лиши и не мини очью просьливу.

Чадо, не лишай нищих хлеба и не минуй очей умоляющих.

 

Душя алчушта не оскърби, и не разгнѣвай мужя въ нищетѣ его.

Души алчущей не оскорби, не обидь человека в бедности его.

 

Сьрьдця разгнѣвана не прѣвъзмути и не мимо неси даяния трѣбуюштааго.

Сердца обиженного не раздражай, не пронеси подаяния мимо нуждающихся.

 

Раба скърбяштя не отърѣй и не отъврати лиця своего отъ ништа.

Раба скорбящего не отгоняй и не отврати лица своего от нищего.

 

И отрѣбуюштааго не отъврати очью.

И от просящего у тебя не отводи очей.

 

Не дажь мѣста чловѣку кляти тя: кльнуштюуму бо тя въ горести душя его сушти — мольбу его услышить Сътворивый его.

Не дай повода человеку проклинать тебя: если кто клянет тебя в горести души своей, услышит мольбу его Сотворивший его.

 

<…>

<...>

 

Прѣмудрости похвала

Похвала премудрости

 

Прѣмудрость похвалить душю свою и посрѣдѣ людий своихъ похвалить ся и въ цьркъви вышьняаго уста своя отъвьрьзеть.

Премудрость восхвалит душу свою и посреди людей своих похвалится, и в церкви Всевышнего уста свои отверзет.

 

<...>

<...>

 

<Мудрость> трьми украсихъ ся и есмь красьна: прѣдъ Богомь и чловѣкы; лубъвь ближьнихъ и мужя, на селѣ тяжяштя; три же норовы възненавидѣ душя моя, и зѣло ми мьрзить животъ ихъ: убога хупава, и богата лъжива, и старца, умаляюштя ся разумъмь своимь — егоже въ уности не събьралъ еси, то како можеши обрѣсти въ старости своей?

Мудрость тремя украсилась делами и тем прекрасна: миром между людьми и Богом, любовью между близкими, и пахарем, что трудится в поле; и три человека душе моей ненавистны, и омерзительна жизнь их: бедного гордого, и богатого лживого, и старца, ослабшего разумом, — ведь чего не собрал ты в юности, как сможешь то обрести ты в старости?

 

<...>

<...>

 

Святого Василия, како подобаеть чловѣку быти[6]

Святого Василия, каким человеку следует быть

 

Лѣпо есть чловѣку имѣти паче вьсего жития — да не прилежить имѣньи зѣло, нъ тѣлеси въздьржяние, уДобрение норову, гласу умиление и удобрение, ѣдение и питие без говора съ удьржяниемь.

Хорошо человеку, и лучше всего — в жизни не слишком предаваться богатству, но соблюдать воздержание телу, украшение нраву, голосу ласковость и доброту, есть и пить с воздержаньем и молча.

 

Прѣдъ старьци — мълчяние, прѣдъ мудрыими — послушяние, съ тъчьныими любъвь имѣти, съ мьньшиими — лубъвьное съвѣщание.

Пред старцами — молчание, пред мудрыми — послушание, с равными дружбу иметь, с младшими — дружеское согласие.

 

Отъ плътьскыихъ и любосластьнынхъ вештий бѣгати, мало глаголати, а множѣе разумѣвати, не дьрзу быти словъмь, ни прѣрѣковати въ людьхъ.

Плотских сладострастных дел избегать, меньше говорить да больше понимать, не дерзить словами, не перечить людям.

 

Не скоро въ смѣхъ въпадати, соромяживу быти, долу очи имѣти, а не горѣ, не противу отъвѣщавати.

Не вдруг рассыпаться смехом, сохраняя стыдливость, очи долу держать, а не ввысь, не спорить.

 

Послушьливу быти до съмьрти, тружяти ся до съмьрти, поминати присно страшьное и въторое пришьствие и дьнь съмьртьный.

Быть до смерти послушным, трудиться до смерти, всегда поминая ужасное — второе пришествие и день смерти.

 

О надежди радовати ся, молити ся непрѣстаньно, при вьсемь Бога хвалити.

Радоваться в надежде, непрестанно молиться, Бога благодарить за все.

 

Въ скърбьхъ тьрпѣти, къ всѣмъ съмѣрену быти, величяния бѣгати, говѣину быти.

В скорбях терпеть, со всеми смиренным быть, надменности избегать, пребывать в благоговении.

 

Блюсти сьрдьце отъ помыслъ зълыихъ, събирати имѣние на небесьхъ, законъ хоронити, любити Господа вьсѣмь сьрдьцьмь и ближьняаго, яко самъ ся.

Сердце хранить от помыслов злых, собирать богатство на небесах, соблюдать закон, возлюбить всем сердцем и Господа, и ближнего, как самого себя.

 

И самому ся испытати о помыслѣхъ и о дѣлѣхъ по вся дьни.

И самому вопрошать себя о помыслах и о делах каждый день.

 

Не оплитати ся лихыми рѣчьми и не искати жития лѣнивыихъ, нъ тъкъмо подражяти я святыихъ отьць.

Не опутываться дурными словами, не подражать житию ленивых, но следовать жизни святых отцов.

 

Радовати ся съ исправльшими доброноровие и не завидѣти, съ стражуштими страдати и съ плачюштиими зѣло плакати ся.

Радоваться с достигшими добронравия и никому не завидовать, со страждущими страдать и с плачущими рыдать.

 

Осужену быти неже осудити, ниже поносити обраштяюшту ся отъ грѣхъ.

Лучше быть осужденным, чем осуждать, тем более не порицать спасающегося от грехов.

 

Николиже себе правьдьна творити, нъ грѣшьника себе имѣти прѣдъ Богьмь и чловѣкы.

Никогда за праведника не выдавать себя, признавая себя грешником пред Богом и перед людьми.

 

Учити ненаказаныя, увѣштати малодушьныя, служити больньшъ, ногы святыихъ умывати.

Поучать неведающих, ободрять малодушных, служить больным, омы-вать ноги святым.

 

Страньныихъ и братолубьи прилежяти, съ единовѣрьныими миръ имѣти.

О странниках братски заботиться, с единоверными мир иметь.

 

Еретикъ чловѣкъ отъвраштяти ся, книгы прѣданыя почитати, а въ съкръвеныя отинудь не приницяти.

Еретиков отвращаться, книги канона почитать, а в апокрифы не вникать никогда.

 

О Отьци и Сынѣ и Святѣмь Дусѣ не пытати, нъ единосуштьну святую Троицу съ дрьзновениемь глаголати.

Об Отце и Сыне и Святом Духе ничего не выведывать, но единосущую святую Троицу смело призывать.

 

Крьштяти ся есть лѣпо, якоже прияхомъ и не кляти ся отинудь, и не даяти сребра своего въ лихву, ни иного ничьсоже на умножение пиштя.

Креститься следует, как это принято, и никогда не клясться, не давать серебра своего за процент, и ничего иного для преумножения пищи.

 

Бегай пияньства и отъ печалии жития сего, не бесѣдуй луками отинудь ни о комь же глаголати.

Избегай пьянства и скорбей этой жизни, никогда ни о ком не говори за спиной его.

 

И никакоже послушяти клеветания, нъ вьсе съ испытаниемь, никомуже скоро яти вѣры.

И никогда не прислушиваться к клевете, но все самому проверить и никому на слово не верить.

 

Не томи ся гнѣвъмь, не быти дьржиму похотьу, не без ума гнѣвати ся на ближьняго.

Не распаляй себя гневом, избавляясь от такого желания, без нужды не гневись на ближнего.

 

Сълньце да не заидеть о гнѣвѣ вашемь. Не дьржяти гнѣва ни на когоже, не въздати зъла на зло, ни клеветы за клевету.

Ваша ссора — лишь до захода солнца. Ни гнева нельзя держать ни на кого, ни воздавать злом за зло, ни клеветою за клевету.

 

Нъ паче похулену быти, неже хулити, обидиму быти, а не обидѣти, отъштетити ся, а не отъштетити.

Но лучше быть оскорбленным, чем оскорбить, обиженным быть, чем обидеть, лишенным, чем лишать.

 

Паче же вьсего достоить чловѣку въздьржяти ся отъ бесѣдъ женьскыихъ и срамьныихъ словесъ, медъ бо и жены отъвраштяють и съмысльныя.

И больше всего человеку следует воздержаться от разговоров с женщиной и от бесстыдных слов, ибо вино и женщины совращают и мудрых.

 

Въ заповѣди не сътужити ся, нъ мьзды и похвалы отъ Него чяяти и вѣчьныя жизни желати и прияти.

Заповедями не пренебрегать, но надеяться на награду и славу от Бога, вечной жизни желать — и принять ее.

 

Имѣй Бога прѣдъ очима въину: яко сыну отъ вьсего сьрдьця и крѣпости и разума лубити Бога, и яко рабу — бояти ся, сумьнѣти и служити Ему.

Всегда пред очами держи Господа: как сыну — любить его всем сердцем и твердостью разума, и как рабу — страшиться его, трепетать и служить ему.

 

Страхъмь и трепетъмь спасение себѣ съдѣвати, духъмь горѣти и тешти не лѣняшти ся, обълъчену быти въ оружие Святааго Духа.

Страхом и трепетом спасенье свое добывать, духом гореть и стремиться без лени стать во всеоружии Святого Духа.

 

И бороти ся съ врагъмь въ изнеможени плъти и въ ништетѣ душя, и вьсе повелѣние творити, и непотрѣбьна себе глаголати, и благодарити Бога.

И сражаться с бесом-врагом до погибели плоти, до изнеможения духа, все нужное исполняя и ничего не прося для себя, благодарить за все Бога.

 

И ничьсоже съ завистью творити, и чловѣкоугождения бѣгай, зане Богъ расыпа кости чловѣкоугодьникъ, и не хвалити ся отинудь.

И никому не завидовать, избегая лести — ведь Бог рассыпал кости льстецов, и ни в коем случае не похваляться.

 

Ни похвалы себѣ глаголати, ни иному хваляшту послушяти, вътайнѣ вьсе творити, и не на видѣние чловѣкомъ творити, нъ тъкмо отъ Бога хвалы и милости просити.

Ни сам себе не возноси хвалы, ни к похвалам не прислушивайся, ибо следует все делать втайне, не на глазах у людей, и только от Бога просить похвалы и милости.

 

Помышляти прѣшьствие отъсуду, приготованая благая правьдьныимъ, такоже уготованый огнь дияволу и ангеломъ его.

Помнить об отшествии отсюда, о приготовленных благах для праведников, как и об огне, готовом для дьявола и его бесов.

 

По вьсему и апостольское слово помьнѣти, яко не достоины страсти сего врѣмене противу будущимъ глаголати ся въ насъ, и съ Давыдъмь глаголати: «Храняштиимъ заповѣди Его — въздание много», и вѣньци мнози — правьдьныимъ, вѣчьнии крови, жизнь бес коньця, радость неизглаголанная отъ Отьця и Сына и Святого Духа.

Слово апостольское припомнить о том, что страсти жизни земной не достойны тех, которые явятся в будущем, и повторить за Давидом: «Соблюдающим заповеди Его — великое воздаяние», и венцы многие праведникам, вечные кущи и жизнь бесконечная, радость неизреченная от Отца и Сына и Святого Духа.

 

Съ цьсари и патриархы, съ пророкы и апостолы и мученикы, и съ вьсѣми угождьшиими съ нимиже обрѣсти потъштим ся о Христѣ Исусѣ, Господи нашемь, Емуже славы ныня и присно и въ вѣкы вѣкомъ.

С царями и патриархами, с пророками и апостолами, с мучениками и со всеми, им угодившими, — с ними постараемся мы обрести Христа Иисуса Господа нашего, которому слава ныне и присно и во веки веков.

 

Ксенофонта, еже глагола къ сынома своима[7]

Из Ксенофонта, который сказал двум сыновьям своим

 

Азъ, чядѣ, реку вама, чловѣчя жития отити хоштю. Вѣста бо, како въ житии семь жихъ без лукы, како отъ вьсѣхъ чьстьнъ бѣхъ и лубимъ не сана ради велика, нъ норовъмь великъмь.

Я, чада, вам говорю, кончая жизнь человеческую. Оба вы знаете, что прожил я жизнь нелукаво, всеми почтен и всеми любим не ради сана высокого, но из-за хорошего нрава.

 

Не укорихъ никогоже, ни вередихъ и никогоже не оклеветахъ, ни завидѣхъ никомуже.

Не укорил никого, не навредил никому, никого не оклеветал и никому не завидовал я.

 

Ни разгнѣвахъ ся ни на когоже, ни на мала, ни на велика.

Ни на кого не разгневался — ни на малого, ни на великого.

 

Не оставихъ цьркъве Божия вечеръ, ни заутра, ни до полудьне.

Службы церковной не пропускал: ни вечерни, ни заутрени, ни литургии.

 

Не прѣзьрѣхъ ништиихъ, ни оставихъ страньна, и печальна не прѣзьрѣхъ никъгъда же, и иже въ тьмьницахъ заклучении, потрѣбьная имъ даяхъ, и иже въ плѣньницѣхъ — избавихъ.

Не отвергал я нищих, не оставил странников, заботился всегда о печалующихся и тех, кто сидит в темницах, все нужное им доставляя, а тех, кто в плену, — избавлял.

 

Не помыслихъ на доброту чужю, не познахъ жены другыя, развѣ матере ваю, и та дондеже ва роди, и потомь еште не познахъ ея, нъ съвѣштяховѣ ся чистою съвѣстью тѣлесьною, и о Господѣ мудрѣ съхраниховѣ ся по православьнѣй всякои вѣрѣ; тако сътворихъ до съмрьтьнааго дьне.

Не помыслил я на красоту чужую, не познал другой женщины, кроме матери вашей, да и ту, пока родила она вас, а потом уж ее не познал я, но советовались мы с ней обо всем с чистой совестью телесно и по Господней мудрости в чистоте соблюдались согласно православной вере; так поступал я до смертного часа.

 

Тако и вы живѣта, чядѣ мои, да и ваю Богъ ублажить и длъголѣтьна явить и сътворить.

Так живите и вы, мои чада, тогда и вас наградит Господь и даст вам долгую жизнь.

 

Убогыихъ посѣштяйта, въдовицѣ заштиштайта, немоштьныя милуйта и осужяемыя бес правьды изьмѣта, миръ имѣита съ всѣми.

Посещайте бедных, вдовиц защищайте, немощных милуйте и осужденных невинно освободите, живите со всеми в мире.

 

Паче же вьсѣхъ, иже въ пустыни и въ печерахъ, и въ пропастьхъ земльныихъ добро творита.

Но больше всего — с теми, кто в пустыни и в пещерах, и в ущельях земных — творите добро им.

 

Поминайта манастыря, чьрноризьць стыдитася и чьтѣта и милосрьдуйта.

Помните о монастырях, слушайтесь и почитайте черноризцев, милость им даруя.

 

Матери же ваю чьсть отъдайта, и вьсе добро сътворита ей, да Господа узьрита радуюштя ся, и о томь веселита ся въ вѣкы.

Мать свою почитайте и поступайте по-доброму с ней, тогда узрите Господа в радости и возвеселитесь о том во веки.

 

Вьсе, елико имата златъмь и сребръмь и ризами, неимуштиимъ подайта, и въ работѣ суштяя, акы своя чяда лубита, и уныя милуйта, и старыя свободы съподобита, пищу имъ до съмртьти дающя, и съпроста реку: еже мя видѣста творяштя — и вы творита, да спасета ся и съподобита ся святыихъ.

Все, что имеете в золоте, серебром и одеждами, отдайте неимущим, и тех, кто в рабстве, как детей своих возлюбите — и юных помилуйте, старых — освободите, пищу до смерти давая им, да просто скажу: видели вы, как я поступал, то делайте также и вы — и спасетесь и уподобитесь святым.

 

Матере не забывайта, волу ея творита и послушяйта съ страхъмь Господьньмь.

Матери — не забывайте, волю ее исполняйте, ей повинуйтесь в страхе Господнем.

 

Вѣдѣ бо, яко дѣло Господьне дѣлаета, заповѣди Господьня хранита, и Богъ мира сего буди съ вама. Аминь.

Знаю я, что Господни заповеди исполняете, совершая его дело, и пусть будет с вами Бог мира сего. Аминь.

 

<…>

<...>

 

О милостивѣмь Созоменѣ[8] и о томь, како даяй нищему 100-рицею прииме

О милостивом Созомене и о том, как подающий нищему сторицею получил

 

Бѣ нѣкыи чловѣкъ, живыи въ Иерусалимѣ, Созоменъ именьмь. Тъ идый единою сквозѣ градъ, узьрѣ нища, нага и печяльна; и съвлъкъ ся, дасть ему одеждю свою и иде въ домъ свой. И дьнь прѣклонилъ ся бѣ на отъвечерие.

Жил в Иерусалиме один человек по имени Созомен. Однажды шел он по городу и увидел нищего, нагого и печального; сняв с себя, отдал ему одежду свою и пошел в дом свой. А день склонялся уже к вечеру.

 

И легъ; мало усънувъ, видѣ въ сънѣ, яко обрѣте ся въ дворьци прѣчюдьнѣ, и въ немь бяше свѣтъ безмѣрьный чисть и цвѣтове мънози различьни, и садове вьсяции.

И лег; немного поспав, увидел во сне, что находится в прекрасном дворце, а в нем ослепительно яркий свет и много различных цветов, и растения всякие.

 

И видѣхъ же ины ограды, яже бяаху обрасли отъ горы до долу плоды, добровоньныими и красьныими, и вѣтвие прѣклонило ся бѣ до земля, другъ друга добрѣе.

И тут же увидел другие сады, поросшие сверху донизу плодами, благовонными и прекрасными, а ветви склонились до земли, одна прекрасней другой.

 

Пътиця же многообразьны сѣдяху вьрху ихъ, пѣснь поюштя сладъку, друга къ друзѣ прикланяюшти ся, млъчяния не имуште.

И самые разные птицы сидели на их вершинах, распевая сладостную песню, друг друга к себе призывая в неумолчном пении.

 

Яко же гласу слышяну быти отъ земля до небесе, садове же колѣбааху ся, стояште въ славѣ велицѣ, источьници же течяаху, яко и дуга въ красу стояшти.

Так что слышался голос от земли до небес, и колыхались деревья, стоящие в славе великой, и протекали источники, и радуга поднималась во всей красе.

 

Си же ему видяшту: приде къ нему нѣкый уношя, красьнъ зѣло, и глагола ему: «Поиде въслѣдъ мене». Онъ же иде въслѣдъ его, и придосте къ стоборию, золотъмь покръвену, и полаты зѣло славьны и красьны. И зьряштю Созомену тамо, и се изидошя ис полатъ тѣхъ мужи крилати, свьтяште ся, яко и сълньце, носяште ларѣ 4-ри, о коемьжьдо лари служяште 4.

И вот он видит: подошел к нему юноша некий, прекрасный, и сказал ему: «Ступай за мною». И пошел он вослед ему, и вошли они оба в колонный зал, весь покрытый золотом, с прекрасными в нем палатами славными. И пока озирался там Созомен, выступили вдруг из палат тех мужи крылатые, солнцем блистающие, неся четыре ларца, и у каждого ларца их четверо.

 

Егда же прѣчюдьныя ты двьри миновааху анъгели, разумѣ Созоменъ, яко къ нему бяху идуште, и егда приидоша къ стоборию оному и противу Созомену сташя.

Когда же пречудные эти двери уже миновали ангелы, постиг Созомен, что это к нему они прибдижаются, ибо уже вошли в колонны зала и стали напротив Созомена.

 

Съньмъше же ларѣ съ шии своихъ и поставльше ѣ, жьдааху нѣкоего вельможѣ прити къ нимъ. И видѣ Созоменъ: и се мужь, красьнъ зѣло и доброобразьнъ вельми, излѣзъ ис полатѣхъ, прииде къ ангеломъ, носяштиимъ ларѣ, и глагола имъ:

И, опустив с плеч ларцы и поставив их, стали ждать кого-то, видимо старшего, кто должен еще прийти. И увидел Созомен: вот муж, прекрасный и в светлом образе, вышел из тех же палат, подошел к ангелам, подносившим ларцы, и сказал им:

 

«Отъкрыите ларѣ и покажѣте я чловѣку оному, чьто ему хранять свитъ за едину свиту, зане помилова нагааго оньсицю».

«Откройте ларцы, покажите их человеку тому, какие для него хранятся одежды — за одну ту одежду, которою одарил он нагого».

 

И ту абие отъкрышя единъ отъ златыхъ онѣхъ ларевъ, и начашя искладати — срачицѣ и свиты цьсарьскыя; и оскрилы красьны и различьны видѣниемь, и простираху прѣдъ нимь, глаголуште: «Воле, господи Созомени, угодьна ли ти суть прѣдъ очима?»

И тотчас открыли один из этих ларцев золотых, и стали выкладывать — сорочки и одежды царские, и прекрасные длинные одежды, различные видом, и расстилали пред ним, говоря: «Вот господин Созомен, нравится ли тебе все то, что перед твоими глазами?»

 

Онъ же глаголааше: «Нѣсмь достоинъ на стѣнь свитъ сихъ зьрѣти!» Кажюштемъ же имъ свѣтьлыя и пьстрыя и златыя ризы, и възиде число ихъ до тысяштя.

Он отвечал: «Недостоин я и на тень от одежд этих глядеть!» Показали ему и белые, и цветные, и золотые ризы, и дошло их число до тысячи.

 

Егдаже показашя ему, еже глаголеть, «100-рицею прииметь и животъ вѣчьный наслѣдуеть — за едину свиту», глагола ему ангелъ: «Тебѣ глаголю, Созомене, се колико ти уготовахъ благыихъ за едину свиту, еже видѣ мя нага и умилосрьди ся и облѣче мя — иди убо и твори такожде, и въздасть ти ся 100-рицею!»

И когда показали ему, согласно сказанному «Сторицею получит и вечную жизнь наследует за единую одежду», — сказал ему ангел: «Тебе говорю, Созомен. Смотри, сколько я приготовил тебе за единую свитку твою, за то, что увидел меня нагого, и пожалел, и меня одел — иди, и поступай так, и воздастся тебе сторицею!»

 

Се слышавъ, Созоменъ глагола ему, страхъмь одьрьжимь и радостью, глагола ему: «Да тако ли есть, иже милостыню творять убогыим?» — И глагола ему: «Ей! всякъ бо, облачяяй убогааго, Христа облачить, и всякъ съвлачяя, Христа съвлачить. Или: накърьмляя, Христа накръмить и прииметь.

Слышав это, сказал Созомен ему в страхе, радостью одержимый: «Да так ли бываёт тем, кто милостыню подает убогим?» — И ответил ему: «Ей! ибо всякий, одевший убогого, Христа облачит, и всякий, его раздевший, с Христа совлечет. Или: его накормивший, Христа накормит и примет.

 

Се же ти заповѣдаю: не раскай ся николиже о милостыни, ни поноси ништю, яко далъ ему еси чьто, еда въ мьзды мѣсто сугубу тъштету въсприимеши, вьсякъ бо даяй милостыню и раскаявъ ся и поносивъ, мьзду си погубить».

И вот тебе заповедаю: никогда не жалей о милостыне, нищего не порицай за то, что ты дал ему, иначе вместо награды сугубый убыток потерпишь, ибо всякий, подавший милостыню и о ней пожалевший, награды лишится».

 

И се слышявъ, Созоменъ въспрянувъ и дивляаше ся, чюдя ся видѣнию и помышляаше, глаголя: «Аште си тако, то и другую дамь свиту нищиимъ». И въ другую ночь видѣ тъ же сънъ.

Услышав все это, Созомен очнулся и, удивляясь чудесному видению, размышлял, говоря: «Если так это, то и вторую отдам я одежду нищим». И на другую ночь видел от тот же сон.

 

И бысть милостивъ зѣло на убогыя, яко слышяти вьсѣмъ коньцемъ земля милостивое его житие и штедроты, яже на всякомъ чловѣцѣ, и бысть угодьнъ Богу и чловѣкомъ.

И был он очень добр к нищим, так что прослышали все края земли о милостивом его житии и щедрости ко всякому человеку, и был он угоден Богу и людям.

 

Иже всхочеть самовольствъмь и льготою бес труда спасти душу свою — милостынею можеть спасти ю, милуяй бо ништя, Богу въ заимъ даеть, и сѣяй съ благословлениемь и съ благословлениемъ и пожьнеть жизнь вѣчьную.

Кто пожелает добровольно и с легкостью без труда спасти свою душу — милостынею может ее спасти, ибо тот, кто о нищих заботится, Богу взаймы дает, и сеющий с благословением — с благословением и пожнет вечную жизнь.

 

Якоже самъ Господъ въ Еуангелии глаголеть: «Блаженни милостивии, яко ти помиловани будуть». Богу же нашему слава и ныня.

Как сам Господь говорит в Евангелии: «Блаженны милостивые, ибо помилованы будут». Богу нашему слава, и ныне.

 

Коньчяшя ся книгы сия рукою грѣшьнааго Иоана; избьрано из мъногъ книгъ княжихъ. Идеже криво, братие, исправивъше чьтѣте: благословите, а не клънѣте. Аминь.

Закончены книги эти рукою грешного Иоанна; избранные из многих книг княжеских. А где ошибки, братья, там, исправив, читайте: благословите, а не кляните. Аминь.

 

Кончяхъ книжькы сия въ лѣт 6584 лѣто при Святославѣ князи Руськой земля. Аминъ.

Кончил я книжки эти в лето 1076-е при Святославе, князе Русской земли. Аминь.

 



[1] Слово нѣкоего калугера о чътении книгъ. — Искусное и умелое сочинение, по мнению ученых, в значительной степени принадлежащее составителю сборника Иоанну. Это первое в истории нашей книжности сочинение о пользе, целях и методе чтения. Легко проследить, как, отталкиваясь от стихов 118 псалма (здесь восемь цитат из него, в разной степени переработанных), автор строит свое рассуждение, отсылая читателя к признанным авторитетам средневековой учености и художественного мастерства, прежде всего к Василию Кесарийскому и Иоанну Златоусту, «и делает это с большим мастерством, обнаруживая при этом талант писателя» (Розов H. H. Как «сделана» вступительная статья Изборника 1076 года // Культурное наследие Древней Руси. М., 1976. С. 46).

[2] Слово нѣкоего отьця къ сыну своему... — Поучения от отца к сыну — очень распространенный жанр византийской и древнерусской литературы, они всегда имели конкретного адресата, но, в духе средневековой литературы, не индивидуального, а типичного адресата, человека определенного социального положения. Средневековье за личностью всегда видело общественную группу, класс или ремесленный цех. Характерно снижение социального ранга «сына» с течением времени: царь-государь, знатный боярин, военачальник, богатый «гость», обычный купец — они проходили в веках, сменяя друг друга в качестве типичного для данного времени «героя», имевшего право поучать других. В Слове Изборника фрагменты из сочинений византийских писателей, отцов церкви, расположены в очень свободном порядке, который определялся вкусами писца и его возможностями получить тот или иной материал.

[3] Еже убо правовѣрьну вѣру имѣти основания добрыихъ дѣлъ есть... — Стословец Геннадия, патриарха константинопольского (ум. в 471 г.), переведен в Болгарии и на Русь попал уже в славянском переводе, но со многими изменениями в языке. Изборник 1076 года содержит древнейший список. Это сто афоризмов в стихотворной форме, толкующих основные положения христианской морали и вероучения, главным образом — на основе поучений (бесед, или Слов) Иоанна Златоуста. Стословец — один из главных источников нравоучительных сборников эпохи средневековья (Златая Чепь, Измарагд, Домострой), некоторые из них начинались с текста Стословца, который мог переписываться и как отдельное произведение. «Причина популярности этого памятника заключается в простоте изложения и поэтому удобопонятности для людей невысокого умственного развития» (Яковлев В. А. К литературной истории древнерусских сборников: Опыт исследования Измарагда. Одесса, 1893. С. 41).

[4] Наказание Исухия, презвутера Иерусалимьскаго. — На самом деле принадлежит перу Нила Синайского, ученика и последователя Иоанна Златоуста (он умер около 450 г.). Изречения Нила были очень популярны среди древнеславянских книжников благодаря своему содержанию: они также исповедовали «нейтральную этику», не касаясь крайностей ни языческой, ни христианской вер. Уже в ранних греческих списках текст приписывался Исихию. Эти изречения известны в трех переводах на славянский язык: древнейший славянский сделан у южных славян (именно он и входит в состав Изборника 1076 года), в конце XII в. в составе Пчелы — сборника афоризмов — был выполнен и древнерусский перевод текста; тогда же на Руси был переведен и полный текст Наказания, который издан в Памятниках древней письменности (СПб., 1892. Т. 92).

[5] Прѣмудрость Исусова, сына Сирахова. — Относится к числу неканонических книг Писания (как и книга Премудрость царя Соломона). Здесь содержится множество изречений, впоследствии легших в основу пословиц и поговорок, в частности, и у древнерусских писателей (напр., у Даниила Заточника). Также существует несколько переводов, в том числе и сделанных на Руси. По мнению исследователей, в составе Изборника 1076 года содержится древнейший перевод, может быть, X в. Текст в составе современной Библии не всегда точно соотносится с расположением и характером приводимых здесь цитат.

[6] Святого Василия, како подобаеть чловѣку быти. — Своего рода небольшая подборка цитат из произведений Василия Великого, епископа Кесарийского (330—379), также бывшего одно время патриархом константинопольским; в основе лежит его «Слово о подвижничестве, как подобает украшать себя монаху», которое переделано в интересах всякого вообще человека, заинтересованного в развитии личных добродетелей. Перечни добродетелей и пороков совместно рисуют нравственный портрет человека эпохи раннего средневековья, и общей мыслью проходит идея «человечности человека» в этом жестоком мире. Произведение относится к жанру «слов» святых отцов, како жити христианом, широко известному на Руси и вошедшему в состав многих средневековых сборников.

[7] Ксенофонта, еже глагола къ сынома своима. — Фрагмент пересказа из «Жития Ксенофонта» с поучением детям, откуда многие заимствования, иногда буквальные, попали и в оригинальные древнерусские поучения, например, в Поучение Владимира Мономаха; также один из источников русского Домостроя и круга памятников, с ним связанных.

[8] О милостивѣмь Созоменѣ... — Отрывок древнеславянского перевода X в. из 69 главы Первой редакции византийского жития Нифонта Констанцского (V в.), в котором эта новелла является вставкой — образным обоснованием необходимости подавать милостыню. Как и все тексты, попавшие в Изборник, композиционно и стилистически переработан, в значительной мере сокращен, но в конце добавлено чисто светское рассуждение. Завершение Изборника именно этим произведением весьма знаменательно, поскольку вся композиционная линия Изборника 1076 года не лишена логической и художественной идеи, смысл которой — в утверждении доброты и помощи ближним.

Переписывая для великого князя Святослава Киевского из болгарского оригинала торжественно исполненный Изборник 1076 года, дьякон Иоанн собрал для себя самого (или для сына) выписки из различных нравоучительных текстов. Композиционная последовательность без особого выделения источников, которыми пользовались составители Изборника, в целом напоминает обычную для средневековой традиции компилятивно составленную беседу умудренного житейским опытом человека с «сыном» — быть может, сыном духовным, поскольку моральные требования первоисточников, несомненно, переработаны тут применительно к мирской жизни; «обмирщение» прослеживается отчетливо и проявляется даже в оформлении книги — карманной «осьмушки», писаной мелким почерком для себя, скромно украшенной.

Не очень еще развившиеся в пословичные формы, какими они стали позднее в связи с распространением их в устном обиходе, собранные здесь изречения воспринимаются как «заповеди для ненаказанных», т. е. людей неученых и вместе с тем — еще не постигших сложные ритуалы и нормы поведения христианской культуры. Эти изречения последовательно и упорно внедряют в сознание «новых людей» — новых христиан — моральные установки христианской этики. Все актуальные для середины XI в. нравственные проблемы нашли отражение в этом сборнике, который, по оценке современных ученых, и преследовал цели практической морали.

Многие статьи при переводе с греческого или в результате их обработки в Киеве претерпели идейное или художественное переосмысление; так, вполне сознательно при передаче греческой философской терминологии, особенно лексики стоицизма или неоплатонизма, приведены соответствующие славянские слова и понятия; встречаются перестановки или сокращения изречений; много отклонений и от первоначального южнославянского перевода. Текст, переработанный для нужд восточного славянина, широко использует русские формы произношения и грамматики, а также и слова: ларь вместо ковчежьць, медъ вместо вино, вѣтвие вместо вѣие, поноси вместо укоряй и т. п. Большинство текстов — переводы византийских стихотворных или, во всяком случае, ритмически организованных произведений. Славянские переводчики старались передать эту особенность оригиналов, повышающую художественно-изобразительную их ценность.

К некоторым отрывкам найдены и греческие параллели, однако возможные несоответствия этим текстам славянской версии не учитывались при переводе на современный русский язык.

Отдельные части Изборника получили на Руси особенную известность и неоднократно использовались в поучениях, посланиях и «словах», откуда и поступили в устную речь. Впоследствии сам принцип построения сборника стал образцом для составления других средневековых сборников нравственного содержания, стал прототипом Златой Чепи, Измарагда — с XIV в., а в конце XV в. — Домостроя.

Восемь текстов Изборника 1076 года (82 % всего состава его) публикуются по рукописи: РНБ, Эрмитажное собр., 20. Полностью сборник опубликован в прекрасно подготовленном издании: Изборник 1076 года. М., 1965 / Издание подгот. В. С. Голышенко, В. Ф. Дубровина, В. Г. Демьянов, Г. Ф. Нефедов. В настоящем издании публикуется текст л. 1—80 об., 84—85, 101 об.—112, 134—187 об., 269—276 (по изданию соответственно с. 151—418, 425—426, 460—481, 687—701).

Сборник, журнал, серия: Библиотека литературы Древней Руси